– Тихо, -успокаивала его Даша, -Нам не нужны неприятности. Никто не должен знать, что ты иностранец, -тихо сказала она ему.
Они пообедали и вышли к машине. Мимо проехал на велосипеде однорукий почтальон.
– Будьте добры! Подскажите, пожалуйста, -крикнула ему вдогонку Даша, -В вашей деревне есть старинные дворянские усадьбы?
– Не-е-ет! -крикнул он на ходу, -А впрочем, -притормозил он. -Есть в соседнем селе.
Он махнул единственной рукой вдоль дороги.
– Только она разрушена совсем. Там никого нет теперь.
– А церковь, храм там есть?
– А как же. Всегда у господ церквушка имелась. Вот она-то, до сих пор, действующая.Прости господи, душу мою грешную.
Он перекрестился левой рукой.
– Далеко? Сколько туда добираться?
– На машине минут сорок.
– Спасибо, -поблагодарила она его напоследок.
Почтальон кивнул, вскочил на своего двухколесного коня и покатился по дороге с тяжелой сумкой наперевес.
– Ну, что. Вроде, что-то разъясняется, -обратилась она уже к Марку.
– Что он сказал? -спросил он девушку.
– Похоже, мы нашли, что искали. Поехали.
Даша остановила автомобиль у развилки. Они с Марком вышли из машины, любуясь с вершины холма на природное великолепие ландшафта. Дул теплый ветерок, разнося по округе стрекот кузнечиков и щебет птиц. Даша высоко подняла над головой руки и вдохнула в легкие свежий воздух цветущих полей.
– Как хорошо, -улыбнулась она, смыкая пальцы рук у себя на затылке под волосами.
Ее короткая кофточка слегка обнажила спину, представляя к обзору мужчины плавные изгибы талии и пикантное углубление на пояснице. Марк скользнул глазами ниже, обрисовывая взглядом ее округлые ягодицы и крутые бедра обтянутые бирюзовыми капри. Опоясывающая волна окатила его организм. Он опустил глаза и, прогоняя вспыхнувшее желание, прокашлялся.
– Смотри, -вытянула она вперед руку, радостно оглядываясь на него. -Вон, церковь.
Посреди села разливался большой пруд. Рядом возвышался окрашенный зеленой краской купол небольшой церквушки. Ее окружали пышные заросли деревьев.
Марк, внимательно вглядываясь вдаль, произнес:
– Я надеюсь, это то, что мы ищем.
– Поехали.
Следуя по дороге к церкви, они миновали заброшенную обшарпанную усадьбу. Разбитые окна зияли черными дырами в ее полуразрушенных стенах…
Поднявшись на крыльцо божьего храма, Даша повязала на голову голубой шифоновый платок и перекрестясь, шагнула за порог. Марк тоже, только по-католически перекрестился и последовал за ней. В нос ударил тяжелый запах догорающих свечей.
Девушка подошла к стойке для церковной утвари и тихо спросила женщину в темном одеянии:
– Как мне батюшку увидеть?
Женщина подняла на нее потухший взгляд.
– Зачем он вам?
– По личному вопросу.
Она недоверчиво перевела взгляд на мужчину и, шепнув что-то своей молодой напарнице, подтолкнула в сторону. Та исчезла за дверью с иконоросписью. Вскоре, она вышла в сопровождении священника. Он держал в руках небольшой крест и, подойдя к прихожанам, перекрестил их обоих. Даша поздоровалась, поцеловала ему руку и выложила вкратце историю Марка.
– Да-а-а, все не просто. Метрические книги были конфискованы еще до моего прихода. Я тогда еще был иподиаконом, помогал в проведении служб. Никаких свидетельств не осталось.
Он тряхнул длинными с проседью волосами.
– Неужели никого не осталось из тех, кто жил рядом с ними? Помнит их.
Батюшка задумался, поглаживая седую бороду.
– Тут по главной улице через пять домов живет Никифоровна, прихожанка наша. Так она, похоже, еще царя Гороха помнит. Вы к ней ступайте, она вас приветит. Добрая женщина. Ее дом с белыми резными наличниками, ни с каким другим домом не перепутаете. От меня благословение передайте.
– Спасибо, батюшка, -наклонилась Даша и поцеловала ему руку.
– С богом.
Он вновь перекрестил их обоих.
– Ступайте с миром.
Проехав вдоль по проселочной дороге, они наткнулись на бревенчатый, на высоком фундаменте дом. Белые кружевные наличники венчались двумя голубями над окнами.
Даша с Марком открыли калитку и прошли во двор. Вышла худенькая старушка в темном сарафане и платке.
– Здравствуйте, -поздоровалась Дарья.
– И вам не хворать, -вытерла женщина руки о подол своего фартука.
– Мы с благословения батюшки. Никифоровна нам нужна.
– Ну, я Никифоровна. Полина, -добавила она.
– Мы разыскиваем бывших хозяев дворянской усадьбы, что возле церкви.
– Дак, нет их уже никого давно.
– Нам сказали, что вы жили тогда здесь и знали их в лицо. Посмотрите, пожалуйста.
Увидев фотографию из рук Марка, она вздохнула:
– Да, да, мужчина этот. Хорошо его помню. Всегда элегантно одет, а женщина другая была. Моложе. Очень красивая и сынок еще у них был. Имя не помню. Давно это было. Хорошо жили, мы батрачили у них, но они своих дворовых никого не обижали. Справно платили, подарки дарили…
– А что случилось с ними?
– Да как что? Приехали, да расстреляли всех. Сразу, как революция эта грянула. За что? За то, что жили богато. Мальчонку господского даже не пожалели, хорошенький такой был, чернявенький…
