Авиаудары по Афганистану начались во время телевизионной речи Буша. Первый заход стер с лица земли элементарную противовоздушную оборону Талибана и примитивные военные базы, однако большего эффекта не возымел. Многие постройки, попавшие под удар, были оставлены несколько дней или даже недель назад. В то же время Северный альянс и другие боевики, которых американцы якобы купили, сражаться не желали. На собрании Совета национальной безопасности заместитель Госсекретаря Ричард Армитидж уже который день выслушивал одни и те же вопросы: «Что мы бомбим?», «Что будет после бомбардировки?», «Это операция ЦРУ или Пентагона?» – и наконец не выдержал. «Все, что я слышу – это эф-ю-би-эй-ар», – сказал он товарищам. Многие из них пробыли в военной среде достаточно долго и узнали аббревиатуру
Абдул Хак в смятении наблюдал за военной кампанией со своей базы в Пешаваре. Он опасался, что, действуя через военачальников, Штаты дают им слишком большую власть, и те продолжат господствовать в Афганистане после окончания очередных боевых действий. Жаждущий восстановить гражданское правительство, Хак вновь пересек границу и вернулся на родину.
Пока талибские боевики приближались к крошечному отряду Хака, его американские друзья лихорадочно пытались его спасти. ЦРУ могло отправить за ним вертолет или атаковать талибов посредством дронов… ЦРУ не сделало ничего. К середине утра Хак оказался в руках талибов. Его посадили в джип и повезли в сторону Кабула. Не успев далеко отъехать, талибы увидели мчащийся к ним черный «Ленд Крузер». Он мигал фарами, чтобы джип остановился. Внутри «Ленд Крузера» сидел талибский министр внутренних дел мулла Абдул Разак.
«Ему нельзя в Кабул, – сказал Разак, выслушав план боевиков. – Мы должны его уничтожить. Он должен быть казнен».
Разак приказал джипу следовать за «Ленд Крузером». Колонна из двух машин съехала с трассы и остановилась у каменистого поля. Хаку приказали выйти из автомобиля.
«Это воля Бога, и я ее принимаю, – сказал он. – Я пришел сюда, чтобы восстановить Афганистан, а не разрушить его».
Таковы были последние слова Хака. Как только он замолчал, боевик подошел сзади и выстрелил ему в затылок. Остальные опустошили в тело убитого магазины своих винтовок. Человек, который мог стать величайшей надеждой Афганистана на мир, погиб в возрасте сорока трех лет.
Талибские лидеры имели основания для достаточно оптимистичного настроя. Они выдержали первую волну американских бомб, а двое из числа их самых опасных врагов, Масуд и Хак, были мертвы. Американские дикторы новостей ворчали, что Буш разработал «провальный план» из «полумер», которые приведут страну к «очередной тупиковой ситуации на другом конце мира». Давление на президента все росло – он должен отправить наземные войска. Госсекретарь Пауэлл советовал этого не делать.
«Я бы исключил вариант, при котором США придется преследовать афганцев на земле, которая принадлежала им на протяжении пяти тысячелетий», – говорил он военным стратегам.
К концу октября план Буша начал себя оправдывать. Взятки от ЦРУ переманивали некоторых военачальников, поддерживавших Талибан, на американскую сторону и побуждали других нападать на позиции талибов. Силы Абдула-Рашида Дустума при поддержке американских советников заняли ключевой северный город Мазари-Шариф. Вскоре после этого Исмаил-Хан восстановил контроль над Гератом, договорившись о переходе на его сторону шести тысяч талибов. Недели подготовки и боевых действий предоставили бен Ладену достаточно времени, чтобы уйти от преследования в сеть пещер и туннелей – укрепленных и оборудованных на деньги ЦРУ в восьмидесятых, – которые лежали под местностью с пересеченным рельефом, что назвалась Тора-Бора. Американцы, не желая лишних потерь, не стали преследовать бен Ладена. Вместо этого они обратились к своим афганским партнерам с просьбой его выследить. Те не приложили практически никаких усилий. Бен Ладена так и не поймали.
Тринадцатого ноября талибские командиры решили, что больше не могут удерживать Кабул, и отступили со своими людьми в безопасные места. На место талибов в город хлынули партизаны Северного альянса. Их приняли с радостным исступлением. Люди вытаскивали спрятанные граммофоны и слушали музыку впервые за долгие годы. Счастливые женщины носились по улицам без паранджи.
В большинстве войн захват вражеской столицы считается решающим событием. Однако мулла Омар предпочитал оставаться в Кандагаре, основном городе своего родного региона. Седьмого декабря Кандагар пал под натиском обширной коалиции пуштунских боевиков. Именно эта дата, через восемьдесят дней после террористических атак на США, стала днем американской победы.
