Перевозчик душ полностью

Туман заколыхался, и шёпот стал громче, голоса зазвучали ближе. Моих волос коснулось лёгкое дуновение воздуха, будто кто-то прошёл рядом.

- Ты же знаешь нас...

- Мы те, кого вы обязались перевезти...

- Почему мы здесь...

- Почему ты не исполнил клятву…

Я почувствовал, как холодная влага тумана обволакивает кожу, просачивается внутрь. Это не вода — это они. Души.

- Я никому ничего не обещал, -постарался сделать голос твержу, но он предательски меня подводил, - И клятв никаких не давал!

- АХАХАХА – смех из тумана сливался в жуткую пугающую какофонию, - Ты перевозчик, ты обязан…

- Договор...

- Или станешь одним из нас…

Страх поглотил меня без остатка, я побежал. Не знаю, сколько времени прошло, голоса пропали, а мой бег продолжался. Легкие разрывались от нехватки кислорода, мышцы отказывались работать. Упал, туман вновь заговорил:

- От нас нельзя убежать…

- Туман не приносит мне вреда! – закричал я.

- Не исполнишь…

- Договор…

- Поглотит…

-Исполняй обязательства…

- Я не знаю как!

Туман сгустился передо мной, образуя неясные силуэты — то ли лица, то ли тени.

- Ты должен...

- Ты обещал...

- Ты подписал…

Последнее слово звучит нарочито чётко, почти издевательски.

- Я не давал таких обещаний.

- Все вы даёте их... — шепчет туман. — Когда принимаете эту роль...

- Перевозчик не просто везёт...

- Он спасает...

- Освобождает...

Я закрыл глаза, но это ничего не меняет — туман всё равно здесь, внутри, снаружи, повсюду.

- Хорошо, - наконец сказал я, - Но как? Вы все стали частью марева.

Туман дрожит, и шепот превращается в смех — тихий, многоголосый, словно эхо из сотни уст.

- Ты знаешь...

- Поторопись…

- Уничтожь тюремщиков, освободи нас…

И прежде чем я успел что-то ответить, туман накрыл меня с головой, а когда он отступил, передо мной сидел Третий.

- Давно не виделись, - сказал он

- Не так чтобы очень, - ответил ему и огляделся, - где это мы?

Комната — нет, не комната — пространство — простиралась в бесконечность, но при этом казалась уютной, как старинная библиотека. Стены (если они были) терялись в мягком золотистом свете, исходящем ниоткуда и одновременно отовсюду. В воздухе витал запах старых книг, свежего пергамента и чего-то ещё — чего-то древнего, как сама Вселенная.

В центре стоял массивный дубовый стол, покрытый тонким слоем космической пыли, мерцающей, как звёзды. На нём — бесконечные свитки, глобусы, показывающие не страны, а судьбы, чернильницы, в которых вместо чернил плескались целые галактики.

- Присядем? – третий указал мне на один из стульев. Не успев ничего ответить, я обнаружил себя сидящим за столом напротив него.

- Извини, что вот так врываюсь в твой сон…

- Я сплю?

- Конечно, ты сейчас находишься в одном из мест, где селятся вольные.

- Их много?

- Достаточно. Видишь-ли, когда я создавал междумирье, то предполагал, что с течением времени количество людей увеличится, и Харону будет не под силу справиться со всем потоком душ. Долго находиться в этом пространстве не может никто. Просто развоплощается. Как позже выяснилось, образуется туман. Вот сегодня он пробился в твой сон.

- Почему марево на меня не влияет?

- Точно, ты же не знаешь. Как думаешь, Харон, Ахиллес, Пётр простые люди?

- Не совсем.

- Именно. Когда мы закладывали эти миры, то отдали часть себя для дальнейшего умножения и сбора.

- Это я знаю.

- Молодец, - Третий улыбнулся, но его глаза обдали холодом, - Так вот, изначально было отдано девять частей, по три от каждого. Заселив землю, мы поняли, что урожай нам не собрать. Люди не умирали. Тогда была создана Смерть.

- Людмила…

- Именно. В ней части каждого из братьев. Она никогда не была живой. Первыми, кого она забрала, стали Харон и Пётр. Один взял весло, другой ключи.

- А Ахиллес?

- Он появился много позже. Тюремщик.

- Туман говорил мне про тюремщиков. Так это…

- Да, «черти», «чёрные», «нелегалы»…

- Я знаю, что должен их уничтожить. Но это не объясняет, почему туман влияет меня не так, как на остальных.

- Ты часть изначального. Ахиллес тоже. Иначе работать с нашей энергией нельзя.

- Изначального?

- Да, первые девять семян. Ты одно из них.

- Харон, Пётр… - я задумался, начав считать, - получается пять, вместе с Людмилой. Где остальные?

- В бесконечном круговороте. Они не пожелали войти ни в одну из организаций. Периодически междумирье вылавливает их. Вот так и появляются зоны вольных.

- Там, где я сейчас, обитает двадцать душ.

- Но собраны они вокруг одного.

- Иваныч…

- Именно. Ты должен их перевезти.

- Я уже дал согласие.