— Ничего, — сказал я, — только нужно будет выполнить некоторые условия, но они нацелены на то, чтобы защитить нас. Ведь помогая вам, мы наживём себе могущественных врагов. Плюс к этому, засветим некоторые свои возможности, которые хотели бы держать в тайне. В общем, вам нужно будет довериться нам, а нам, вам. Без этого ничего не получится.
— Но ведь всегда есть шанс, что ты работаешь на них, и это просто какая-то многоходовка, верно? — сузив глаза, сказал Шторм.
— Да, такой шанс, с твоей точки зрения, наверняка есть. Я знаю, что это не так, но доказать не могу. Да и не хочу. Поверь, мы и так жертвуем своей безопасностью, чтобы помочь вам. Просто мы не смогли равнодушно смотреть, как вас будут истреблять. Так что и от вас доверие тоже потребуется, — сказал я.
Шторм наморщил лоб, и некоторое время стоял, сосредоточенно размышляя.
— Предположим, что я тебе поверю, — наконец медленно проговорил он, — но я пока что не вижу, как именно вы можете нам помочь?
— Для простоты понимания скажу не совсем точно… в общем, мы можем вывести вас отсюда через портал, — сказал я.
Шторм как будто завис.
— Звучит охренительно, — наконец сказал он, — но я про такое раньше даже не слышал… точнее, чтобы кто-то реально это проделывал, не слышал.
— Суть процесса немного иная, — сказал я, — и всё не так просто, есть нюансы. В общем, вы с этой эстакады просто исчезнете. Здесь будет пусто! Главное, успеть загнать всю технику, пока темно, чтобы враги не увидели, что здесь происходит.
Шторм запустил руки себе в бороду и сжал кулаки. Похоже, что он делал сейчас себе очень больно. Я ему не мешал. Ему предстояло принять очень сложное решение. Нужно было доверить жизнь сотни вверенных ему людей незнакомцам. Причём за это с него ничего не просили. А Шторм был мужик опытный и наверняка знал, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.
— Там внизу лазят люди и раскладывают дымовые шашки. Я парочку отправил отдыхать, пока сюда добирался. И это только то, что я видел. Кто знает, что ещё они готовят. Мы, кстати, взяли одного языка и отдадим его тебе, если ты примешь наше предложение. Что он может рассказать, не знаю, может это рядовой боец, не обладающий информацией, но, тем не менее, какой-то свет на происходящее пролить наверняка сможет, — сказал я.
— Если я приму твоё предложение, какие будут дальнейшие шаги? — спросил Шторм.
— Я подам сигнал, и сюда прилетят двое моих людей, — сказал я, — нужно только предупредить твоих ребят, чтобы они их не подстрелили.
— А сам-то ты что не прилетел, раз у вас есть такая возможность? — спросил Шторм.
— По этой самой причине и не прилетел. Чтобы не поймать пулю, появившись сверху из темноты. Наверняка бы в нас выстрелили! — сказал я.
— Да, пристрелили бы, к гадалке не ходи! — впервые за всё время нашего разговора улыбнулся Шторм, его, видимо, чуть-чуть начало отпускать, — а дальше что?
— Дальше, мы покажем тебе портал, и как это работает. Чтобы ты точно понимал, на что подписываешься, — сказал я, — ведь пока сам не посмотришь, неизвестность может пугать.
— А это не опасно? — спросил Шторм.
— Риск есть всегда, но мы этим инструментом сами пользуемся и очень активно, — сказал я, — Шторм, ты пойми. Я боюсь не меньше, чем ты. Я же уже сказал, что мы сильно подставляемся, влезая в эту историю. А ты боишься подставы от нас, и подвести своих людей. Нужно принять решение. Мы решились несмотря на все риски. Дело за тобой. Ведь может быть такое, что не все предатели в твоём отряде вскрылись? Могут же быть законспирированные наблюдатели? И они слишком много узнают про нас. Но мы идём на эту жертву. Хотя у нас выбор есть, а вот у вас, нет!
— Много твоим людям нужно времени, чтобы добраться сюда? — спросил Шторм.
— Нет, — пожал я плечами, — может минута.
— Хорошо, — Шторм очень тяжело вздохнул, — пойду, дам отбой операции и прикажу, чтобы не стреляли по воздушным целям.
Я слышал, как он отдаёт приказы. Люди были, мягко говоря, в недоумении. Он скупо прокомментировал, что появился другой вариант действий. Насчёт того, чтобы не стреляли, он особенно настойчиво и неоднократно повторял, чтобы это довели до всех постов и никого не пропустили. Наконец, он вернулся ко мне и кивнул:
— Давай, вызывай свою кавалерию!
Я улыбнулся.
— В данном случае, это скорее авиация!
После чего я залез на одну из фур и, отстегнув с пояса припасённый специально для этой цели фонарик, три раза мигнул красным светом. Там, где должны были ждать ребята, один раз мигнул зелёный огонёк.
Это значило, что всё в порядке, и они скоро будут здесь. Я положил фонарик на крышу фуры, чтобы он светил вверх и настроил на нём тусклый красный свет. Это чтобы Алиса сверху увидела, куда приземляться.
Шторм тоже забрался на крышу и встал рядом со мной.
— Всё равно тревожно, — сказал он, вглядываясь в темноту.
— Знаю, мне тоже! — сказал я.
