— Нет, с тремя девушками, — сказал я, — точнее, двумя девушками и взрослой женщиной.
— Видать, этот урод совсем слабаком оказался, — усмехнулась Пуля и потеряла интерес к этой теме, видимо, решив, что я сочиняю на ходу.
— Что можешь сказать про этот район? — спросил я, чтобы не дать разговору угаснуть.
— Хрень! — ответила Пуля и замолчала. Похоже, что развивать свою мысль она не собиралась.
— А что же ты тогда здесь застряла? — спросил я, не дождавшись подробностей.
— Потому что это мои охотничьи угодья, — пожала плечами Пуля, как будто это было настолько само собой разумеющимся, что даже странно про такое спрашивать, — я хищник, они овцы. А если уйти в другое место, там может оказаться свой хищник. Тогда нужно будет с ним или даже с ними конкурировать и на стрижку овец не будет хватать ни сил, ни времени.
— Интересный подход! — задумался я.
— Обычный! — сказала Пуля, — район довольно сильно изолирован из-за дорог и железки. Народец в основном живёт слабый, и прокачиваться не стремиться. Основная их задача, это сидеть на жопе ровно и ждать гуманитарку. Лоховской подход. Тот, кто не прокачивается, то сдохнет.
— А ты прокачиваешься? — спросил я.
— Конечно! — воскликнула Пуля, — ещё как!
— Однако сегодня чуть не сдохла, и как раз благодаря этому! — сказал я.
— Риск есть всегда! Но я всё равно хищник. Да, хищники тоже иногда гибнут. Но это всё равно лучше, чем быть овцой, — с гордостью в голосе сказала Пуля.
— Самое печальное, что ты во многом права, — вздохнул я.
— Почему печальное? — удивилась Пуля.
— Потому что мы не звери, а люди, — сказал я.
— Выживает сильнейший, — уверенно сказала Пуля, — закон джунглей.
— Если пользоваться твоей аналогией, то во всём этом, как и всегда, есть нюанс, — сказал я.
— Да, и какой же? — заинтересовалась Пуля.
— Он заключается в том, что экосистема не может состоять из одних хищников. Ты сама это поняла и осела в районе, где нет конкуренции. Но если не думать о сохранении более слабых видов этой самой системы, то они вымрут, хищника начнут жрать друг друга, и в итоге произойдёт тотальное уничтожение, — сказал я.
— Я что-то не пойму, — наморщила лоб Пуля, — ты о чём это?
— О том, что понятие силы очень относительно. Кто-то может быть слаб физически, но обладать большими знаниями и интеллектом. И за счёт этого он может быть гораздо полезнее для человеческой популяции, чем очередной сильный и ловкий «хищник». В человеческой цивилизации всегда были разные роли. Воином быть почётно, без воинов любой социум будет уничтожен конкурентами. Но нельзя, чтобы всё общество состояло только из воинов. Их кто-то должен кормить и одевать. Я уж не говорю про то, что вооружать! А это уже ремёсла и наука. Эти самые учёные и мастера в твоей системе координат, это овцы. Но именно они могут дать воинам такое оружие, которое сделает их общество самым могущественным. Так что видишь, не всё так просто. Не мышцы всё решают, хотя и они, конечно, важны, — сказал я.
— Сложно, но, мне кажется, я поняла! — неожиданно кивнула Пуля, — так-то ты, может, и прав. Но это всё теория. Как она поможет выжить, например, мне? Да никак! Так что плюнуть и растереть!
— Ошибаешься! — я улыбнулся, — нам эта теория очень даже помогает. Разные роли, разные возможности, при объединении умножают силу каждого многократно. Но подробностей я тебе пока что рассказывать не буду. Рано ещё. Может быть, когда-нибудь потом. Если, конечно, наши отношения заладятся.
— Чтобы они заладились, сними наручники, — звякнула Пуля цепочкой.
— Как только почувствую, что можно, так сразу же это сделаю, — сказал я, — но не раньше.
— Ага, как же! Так я и поверила! — скептически сказала Пуля.
— Расскажешь мне про прокачку? Секреты можешь не выдавать, в общих чертах. Просто у меня есть знакомая шустрила, как раз та женщина, с кем мы вместе валили урода, про которого я упоминал. Впрочем, это неважно. В общем, есть у неё дар и есть. А вот как его можно развить? Что для этого нужно делать? — спросил я.
— Ты совсем дурак? — удивилась Пуля, — это же элементарно!
— Ну объясни, пожалуйста, мне, несмышлёному, — молитвенно сложил я руки на груди.
— Да я даже не знаю, что здесь объяснять! — искренне продолжала недоумевать Пуля.
— Но ты всё же попробуй, — сказал я.
— Ну ладно! — она устало всплеснула руками, — вот представь, что ты не занимаешься бегом. К примеру, бегом, просто для наглядности.
— Я понял, — кивнул я.
— Ну вот, ты никогда этим не занимаешься, а потом вдруг решил заняться. Что ты начинаешь делать? — спросила Пуля.
— Бегать? — спросил я.
— Именно! — сказала Пуля, — ты начинаешь бегать. Если не бросишь сразу же, то твой навык будет расти. Ты будешь бегать всё дальше и быстрее, увеличится выносливость. Чем больше тренируешься, тем выше показатели… ну, естественно, до определённого предела.
— Это всё понятно, тут ты мне ничего нового не сказала. Но при чём здесь дары? Как это с ними соотносится? Например, с твоим? — спросил я.
