Лёгкий шорох привлёк моё внимание. Я осторожно повернул голову и увидел сидящего на одном из диванов Антона с какой-то штукой в руках. Похоже, он соорудил тот девайс, что обещал. Очень захотелось посмотреть, что у него получилось, и я зашевелился.
Рита вопросительно посмотрела на меня сонными глазами, но я сказал ей, чтобы она ещё поспала, и аккуратно выбрался из спальника. Рита сонным голосом пробурчала, что теперь ей будет холодно, но вылезать не стала, а закрыла глаза и снова уснула.
Я подошёл к Антону, слегка ёжась от холода, который после сна казался особенно неприятным, и уселся на диван рядышком.
— Готово? — тихонько спросил я, чтобы не разбудить спящих.
— Вроде бы да, — сказал Антон.
Штука, которую он соорудил, была сделана очень продуманно. В основе лежало что-то вроде детского пластикового ружья. Антон приделал свой аппарат к нему, чтобы у устройства была удобная ручка. Прямо над этой ручкой находился довольно большой планшет в надёжном креплении. К стволу, как его продолжение, был примотан железный штырь, с идущими по нему проводами. На конце этого «фоторужья» находилась небольшая прямоугольная веб-камера. Судя по всему, широкоформатная. Точнее, их было две, и смотрели они в противоположные стороны. Одна смотрела прямо на нас.
— А это зачем? — не сразу понял я.
— Насколько я понимаю работу входа в карман, — сказал Антон, — мы не можем просто так посмотреть назад. То есть, там у нас мёртвая зона. Мы не можем высунуть туда камеру на палке повернуть так, чтобы видеть то, что происходит сзади. Вот я и постарался сделать почти полный обзор. Триста шестьдесят градусов не получилось, но хотя бы видно, что впереди и что сзади, а если чуть подвигать, то можно охватить всё пространство вместе с выпадающими зонами справа и слева.
— Круто! — уважительно покачал я головой.
— Я нашёл там автомобильные адаптеры, чтобы можно было подключить устройство к аккумулятору. На складе, реально, чего только нет! Они туда собирали всё, что попадало к ним в руки. И ценное, и не очень, — сказал Антон.
Прямо под планшетом находилась коробочка, в которую сходились все провода. На ней же находился небольшой выключатель, видимо, вынутый из другого устройства.
— А ты, и правда, крафтер! — улыбнулся я, вертя в руках прибор.
— Да нет, это не то. Здесь магия вообще не используется. А крафтер делает именно магические артефакты. Но ничего, доберусь и до этого. Время только нужно, — сказал Антон.
— Магия, не магия, но руки у тебя из нужного места растут, раз ты за час такую штуку сварганил, — сказал я.
— Вообще-то, прошло часа четыре, — смутился Антон, — я провозился дольше, чем рассчитывал. К тому же она ещё не прошла полевые испытания, так что хвалить меня пока что рано. Здесь, внутри всё работает, а вот что будет, если высунуть её наружу, пока что неизвестно.
— Всё нормально будет, — сказал я, — мы головы высовываем и ничего, всё нормально работает. Почему с камерой должно быть иначе? И машины сюда заезжают. Ведь в процессе половина оказывается с одной стороны, половина с другой. Но ведь ничего, едут! Почему с камерой должно быть по-другому?
— Не должно, — кивнул Антон, — если бы мы так думали, то и делать бы ничего не стали. Но всё равно, пока не попробовали и не сработало, работа не считается завершённой.
— Убедил! — сказал я и посмотрел на спящего Петю. Они с Машей лежали рядышком, почти вплотную, но в разных спальниках. Видимо, была ещё не та стадия, что у нас с Ритой. Хотя да, когда бы они успели продвинуться в отношениях в этой суете?
Будить Петю не хотелось, в последнее время на нём лежала большая нагрузка, как на человеке, у которого были единственные «ключи» от кармана. Петя всё время был на стрёме, всё время водил народ туда и обратно. Может это физически и не так тяжело, но психически наверняка очень выматывает, потому что требует неусыпного внимания.
Да и что решает лишний час в данной ситуации? Наверняка ничего.
Я вздохнул и сказал:
— Испытания придётся отложить, пусть спят. Ты тоже отдохнул бы, а то бодрствовал, пока все дрыхли, — сказал я.
— Да нет, что-то неохота, — с явным разочарованием сказал Антон.
Видимо, ему не терпелось испытать своё устройство по-настоящему.
Оставив Антона грустить на диване, я отправился к Шторму, посмотреть как дела в его отряде и не изменилось ли чего в их настроении за прошедшее время. Проходя мимо места, где располагался выход из кармана, я увидел сидящего там, на дежурном диване, Борю, что меня очень удивило.
— Ты чего здесь? — спросил я.
— Сторожу! — спокойно ответил тот.
— Зря! Надо было отдохнуть. Сюда никто не сможет войти просто так, — сказал я.
— А вдруг? — упрямо сказал Боря, — плохо, когда все спят и никто не смотрит. Так нельзя!
— Вообще-то, ты прав, — сказал я с уважением, — и не поспоришь! Но отдыхать тоже надо.
— Я не устал, потому что ничего не делал, — честно признался Боря, — я сильный, а силу не трачу. Вот и не устаю.
— И снова мне нечего возразить, — сказал я, — спасибо, что дежуришь! — добавил я уходя.
