Путь Андрея Соловьева и его спутников по родной земле, изуродованной внезапным катаклизмом, продолжается. Нижний Новгород, Москва, Обнинск давно остались позади. Пройдены сотни километров. Андрею и его друзьям – Илье и Лизе – удалось остаться в живых, хотя на каждом шагу их подкарауливали чудовищные «богомолы» и «кузнечики», «гориллы» и «собаки», не имеющие ничего общего с одноименными земными тварями. В поисках ответов на свои вопросы путешественники на Запад вынуждены были покинуть территорию России и углубиться в леса и болота Белоруссии. Чем ближе они к ее столице, Минску, тем причудливее и страшнее апокалиптический хаос вокруг. Соловьев ощущает нарастающее сопротивление таинственных сил, но уже не может остановиться. Ведь он почти вплотную подошел к разгадке всемирной катастрофы!
Окраина Обнинска выглядела не очень-то привлекательно – развалины, оставшиеся от высотного здания, несколько уцелевших домов в двенадцать этажей, ажурная вышка, сотворенная не руками человека, и рощица «секвой», выросших там, где ранее находилась автостоянка.
– Да, блин, в натуре, все вроде как везде, но смотрится беспонтово, – сообщил Илья и дернул плечами так, словно по его спине пробежал морозец.
Научный центр, расположенный в Калужской области, и в самом деле мало отличался от прочих российских городов, какие видели за последний месяц, – и Нижний Новгород, и Москва, и Владимир лежали в руинах. Но впечатление «портило» то, что небо над Обнинском выглядело не так, как ему положено.
Солнца не было, его заменяло равномерное свечение, непонятно от чего исходившее, но при этом жара стояла такая, будто дневное светило находилось на орбите Луны. Вдобавок со всех сторон над горизонтом висели грязно-черные полосы, похожие на следы колес чудовищно огромного мотоцикла.
И это давило, смущало, заставляло вздрагивать и дергаться.
Причем не только Илью, хоть и мужика, но довольно экспансивного, и не только Лизу, пусть и врача, но девушку, но и Андрея, толщине шкуры которого мог позавидовать иной носорог.
– Хм, надо же, я в кои-то веки с тобой согласен, – сказал он, стискивая «калаш».
Они трое познакомились утром пятого мая, когда оказались среди немногочисленных обитателей Нижнего Новгорода, не только выживших, но и не потерявших ни рассудка, ни привычной формы тела. Знакомый вроде бы до последнего метра город чудовищным образом изменился, большинство горожан исчезли, а некоторые стали хищными монстрами.
С того дня произошло немало всего, они втроем прошли не одну сотню километров и почти каждый день сражались ради того, чтобы выжить. Встретили много странного и жуткого, опасного и чудесного, а попытка выяснить, что стало причиной катастрофы, привела их в Обнинск.
Именно здесь, в физико-энергетическом институте, на четвертое мая был запланирован некий эксперимент, возможно, и ставший причиной того, что мир претерпел дичайшую метаморфозу.
– Ну что, налюбовались? – сказал Андрей. – Двигаем дальше.
Не имелось определенной границы, отделявшей город от окружавших его территорий, но он четко отследил, когда они оказались в пределах Обнинска, – Лиза вздрогнула и начала озираться, Илья выматерился, а ему самому почудилось, что в лицо уперся луч фонаря.
Даже вскинул ладонь, чтобы прикрыть глаза от излишне яркого света.
Тут же сообразил, что на улице день и что никакого фонаря быть не может!
Не успел опустить руку, как возникло ощущение, что сбоку на него мчится нечто большое и быстрое. Тело отреагировало прежде, чем Андрей успел хотя бы подумать, что делать, – отскочил в сторону, одновременно вскидывая оружие и напрягая палец на спусковом крючке… нажать, срезать угрозу очередью!
Но вокруг было пусто, Лиза продолжала стоять неподвижно, глядя куда-то вверх, и при этом щурилась. Илья же, сгорбившись, брел в сторону груды развалин, и каждый шаг давался ему с большим трудом – подошвы шаркали по асфальту, словно цеплялись за него, колени еле сгибались.
– Эй, ты ку… – Андрей собрался рявкнуть как следует, но тут накатил очередной глюк.
Готов был поклясться, что на него рушится дерево – услышал скрип, даже почувствовал запах коры! Но ближайшая береза за тротуаром осталась там же, где и росла, и даже если неведомая сила переломила бы ее ствол, то макушка упала бы в нескольких метрах от него!
Андрей не удержался, отпрыгнул в сторону.
Что-то невидимое, похожее на ветку, зацепило его за плечо, проехалось по одежде, но этим все и ограничилось. Перед глазами мелькнуло видение – золотая огромная чаша, испускающая свет, висящая в воздухе, и возникло чувство, что руки сжимают не «АК-74», а рукоять меча.
Плечи расправились сами собой, и он сделал движение рукой, словно отсекая что-то незримым клинком. Уловил недовольное кряхтенье, донесшееся непонятно откуда, и с глаз точно спала пелена – Обнинск перестал казаться жутким и неприятным, стал обычным разрушенным городом.
– Стой! Куда?! – рявкнул Андрей, бросаясь догонять Илью.
Настиг его в несколько шагов, но, схватив за плечо, едва не отдернул руку – тело бритоголового оказалось твердым и горячим, словно под одеждой пряталась не обычная человеческая плоть, а нечто из нагретого металла. Преодолевая отвращение, придержал спутника, и тот вздрогнул, принялся озираться, захлопал круглыми глазами.
– Разлюли моя малина… – пробормотал он. – Опять какая-то хренота, как у нариков обдолбанных?
До катастрофы Илья работал слесарем в автосервисе и был обычным, не слишком интеллигентным молодым человеком, любителем выпить, посмотреть кино и «пошалить» с девчонками. Несмотря на склонность к болтовне и излишнюю воинственность, соратником он являлся надежным.
– Опять, – сказал Андрей. – Ты как, очухался?
– Ага, да, чтобы им всем провалиться… Чо там с подругой?
