В это время случилось лунное затмение. Галаты давно уже роптали на тягости похода, потому что шли с женами и детьми, которые следовали за ними в повозках. В затмении они видели дурное предзнаменование и объявили, что дальше не пойдут. Царь Аттал не имел от них никакой пользы; он знал также, что галаты совершают поход отдельно от остального войска, располагаются особым станом, вообще непокорны и заносчивы... Поэтому Аттал обещал отвести их теперь назад к месту переправы и дать им удобную для жительства область, а впоследствии исполнить все их требования, поскольку это будет возможно и справедливо. После этого Аттал отвел эгосагов к Геллеспонту, ласково обошелся с лампсакиянами, александрийцами и илионянами, потому что они оставались верными ему, и возвратился с войском в Пергам" (Polyb. V. 77-78. Пер. Ф. Г. Мищенко).
Итог похода Аттала I летом 218 г. до н. э. был значительным - он восстановил власть в северо-западной части Малой Азии, поставил под контроль многие прибрежные города. В дальнейшем влияние Пергама в развитии полисов побережья ощущалось явно [18]. Видимо, с экспедицией 218 г. до н. э. связано событие, описанное Страбоном: Аттал, разрушив город Гергифа в Троаде, переселил его жителей к истокам реки Каик [19]. Возникшая деревня сохранила прежнее название (Страбон отмечает, что это была именно деревня: XIII. 1, 70). Возможно, разрушение города в Троаде было вызвано сопротивлением, которое оказали его жители царю Пергамского государства.
Ахей между тем одержал победу в Писидии над городом Селге и присоединил к своим владениям также часть Памфилии. Возвратившись в свою резиденцию - прекрасно укрепленный город Сарды, он готовился к новой войне с Атталом I. Но возвышение Ахея вызвало серьезные опасения Антиоха III, вознамерившегося расправиться с опасным родственником. Весной 216 г. до н. э. сирийский царь вступил с армией на территорию Малой Азии и заключил союз с Атталом I (Polyb. V. 107, 4) [20]. Данный факт свидетельствует о признании Антиохом III Пергамского царства самостоятельной политической силой, а Аттала I - равным ему по статусу правителем. Антиох III, видимо, признал за царем Пергама все его владения. Военные действия против Ахея затянулись. Последний укрепился в Сардах и отражал все попытки противника захватить город: "...непрерывно следовали одна за другою легкие стычки и правильные сражения, днем и ночью, причем обе воюющие стороны изобретали всевозможные засады, противозасады и нападения" (Polyb. VII. 15. Пер. Ф. Г. Мищенко). Наконец, один из командиров армии Антиоха III сумел, определив слабое место в обороне города, захватить его. Укрывшийся в крепости Ахей был через некоторое время с помощью хитрости и измены схвачен и казнен: ему отрубили руки, ноги и голову, а труп зашили в ослиную шкуру и пригвоздили к кресту (Polyb. VII. 15-18; VIII. 17-23). В 213 г. до н. э. война с Ахеем завершилась. Для Пергама победа имела значительные последствия: с могущественным царем Антиохом III установились дружественные отношения, с его стороны было получено официальное признание государства и его границ [21].
Последние полтора десятилетия своего правления Аттал I уделял немалое внимание событиям на Балканском полуострове и даже участвовал в них. В чем заключается причина переориентации внешней политики царя Пергама? Следует категорически возразить против предположения М. Олло о том, что царь Пергама вынашивал широкие экспансионистские планы и намеревался создать в Эгеиде мощную империю [22]. Источники не содержат материалов для подобного толкования. Территориальный рост государства в Малой Азии при сложившихся к концу III в. до н. э. обстоятельствах был невозможен. Сирия прочно владела большей частью полуострова и представляла собой грозную силу. Вифиния, враждебное Пергаму царство, пользовалась поддержкой Македонии. Поэтому, намереваясь, очевидно, приобрести межэллинскую известность и надежных союзников, Аттал I обратился к делам Балканской Греции [23].
Около 219 г. до н. э. Аттал I установил дружественные отношения с Этолийским союзом [24]. Это событие, не сыгравшее первоначально заметной роли, имело далеко идущие последствия, ибо Пергам оказался втянутым в целую цепь войн.
В 218 г. до н. э. полководец Карфагена Ганнибал начал войну с Римом (Вторая Пуническая война 218-201 гг. до н. э.). Уже в разгар военных действий в 215 г. до н. э. он вступил в союз с энергичным царем Македонии Филиппом V [25], намереваясь привлечь его к борьбе. Но римские дипломаты сумели в значительной степени нейтрализовать этот успех Ганнибала: они заключили в 211 г. до н. э. союз с Этолийской лигой, враждебно относившейся к Македонии. По римско-этолийскому соглашению в борьбу с Филиппом V могли вступить и союзники Этолии, в том числе Аттал I (Liv. XXVI. 24).
