Внешнеполитическая активность царя Македонии и сирийского монарха Антиоха III вызвала значительное обострение международной обстановки в Восточном Средиземноморье в конце III в. до н. э. В 203 г. до н. э. Филипп V и Антиох III заключили между собой соглашение, по которому надлежало лишить Египет, внутренне ослабленный, многих его владений (Polyb. III. 2, 8; XV. 20, 2) [32]. Для Пергама и Родоса значительную угрозу представляла политика Македонии в Эгейском море, на островах и на побережье Малой Азии. Филипп V предполагал укрепить свои позиции, ослабленные в ходе Первой Македонской войны, успешными действиями на море. Его союзником в этой деятельности стал царь Вифинии Прусий I. Отношения Македонии и Вифинии были скреплены династическим браком - Прусий I женился на Апаме, которая, вероятно, приходилась Филиппу V сестрой (Polyb. XV. 22,2; Strab. XIII. 4, 1). В 202 г. до н. э. Филипп V захватил города Киос и Мирлею на черноморском побережье Малой Азии, а жителей их продал в рабство, установил власть над Лисимахией и Калхедоном (Polyb. XV. 22,23). Весной 201 г. до н. э. царь Македонии занял остров Самос и атаковал Хиос, который являлся союзником Родоса. Война с Родосом и Пергамом стала неизбежной [33].
К острову Хиос подошла соединенная эскадра Пергамского царства, Родоса и Византия, насчитывавшая 65 больших кораблей и 24 легких судна. Ей противостоял мощный флот Филиппа V в количестве 53 больших и 150 легких кораблей. Сражение развернулось в проливе между Хиосом и берегом Малой Азии. Одновременно происходили как бы две самостоятельные битвы. Правое крыло боевого порядка Филиппа V находилось ближе к материку и имело противником Аттала I, тогда как левое крыло македонской флотилии, расположенное у берега острова Хиос, противостояло натиску флота Родоса. Царь Аттал I, которому было около 70 лет, принимал участие в сражении, командуя кораблями и проявляя при этом личное мужество.
На правом крыле пергамский флот уже одерживал решительную победу, когда в разгар сражения Атгал I, увлекшись преследованием корабля Филиппа V, оторвался на флагманском судне от основных сил и едва не попал в плен к македонскому царю. Чтобы избежать опасности, ему пришлось пристать к берегу и, бросив корабли, укрыться за стенами города Эритры. В отсутствие царя флотоводец Дионисодор возглавил флот и продолжил сражение. И на левом, и на правом фланге была одержана победа над Филиппом V, который потерял три тысячи воинов и около шести тысяч моряков убитыми и 2700 пленными. В сражении с Атталом I флот Македонии лишился 42 кораблей разного класса, а на левом фланге в битве с родоссцами - 59 судов, считая те 34 корабля, которые Аттал I и родосцы захватили вместе с командой. Потери флота Пергамского царства составили 6 кораблей и около 70 воинов погибшими. К этому надо добавить упоминаемые Полибием при других обстоятельствах команды кораблей Пергама, оказавшиеся в плену (Polyb. XVIII. 2, 2; 6, 3; 8, 10). Родос лишился всего трех судов и около 60 воинов [34]. "...Филипп, которому до сих пор не доводилось ни на суше, ни на море понести в одном деле такие потери людьми, был весьма огорчен случившимся, и мужество его сильно убавилось; только перед другими он старался всеми способами скрывать свое настроение, хотя при таком положении дела сохранить спокойствие духа было невозможно. .. один вид того, что было после сражения, наводил ужас на всякого. Потери людьми были столь велики, что весь пролив тогда же, во время битвы, покрылся мертвыми телами, кровью, вооружением, обломками кораблей, а на следующие за этим дни можно было видеть все это беспорядочно нагроможденное кучами на морских берегах. Такое зрелище повергало в тяжелое смущение не одного Филиппа, но и всех македонян" (Polyb. XVI. 8, 6-10. Пер. Ф. Г. Мищенко). Победа Аттала I над флотом Филиппа при Хиосе была отмечена специальной посвятительной надписью в честь Зевса и Афины Никефоры (IvP. 52).
После неудачи на море Филипп V перенес военные действия на сушу и вторгся в пределы Пергамского царства. Аттал I предусмотрел возможность нападения и подготовился к нему. ".. .В передовых схватках гарнизон Пергама, благодаря сильному местоположению города, легко отражал нападающих; и в деревнях Филипп не находил никакой добычи, так как Аттал предусмотрел нападение и принял соответствующие меры. Ничего другого не оставалось ему, как обратить свою ярость против изображений божеств и святилищ... Он не только жег и разрушал до основания храмы и алтари, но велел разбивать самые камни, чтобы всякое восстановление развалин сделать невозможным. Затем он разорил Никефорий [35], вырубив его рощу и опрокинув ограду, множество великолепных храмов сровнял с землей" (Polyb. XVI. 1, 3-6. Пер. Ф. Г. Мищенко).
