Душа Тристана не обретет покоя.
Он умер как Тройка, а у Троек не было душ.
Дни после похорон Тристана были странными и мирными.
До странности мирными.
Я жила в нервном ожидании, что Джаред сорвется или что кто-то еще попытается убить меня, но ничего подобного не произошло. Хотя бывало, что в моменты задумчивости Джареда «La Cour des Démons» наполнялся болтовней и смехом. Мы тратили часы на встречи с людьми, которые нуждались в помощи. И как только мы выбирали самые неотложные дела, искали уединения и тишины в стенах его спальни.
Часами мы исследовали тела друг друга, смотрели фильмы, читали книги, прогуливались по общественным садам, утопающим в весеннем цветении. А затем либо возвращались домой, чтобы отведать блюда Мюриэль, либо посещали новые рестораны по всей французской столице.
Это было чудесно.
Слишком чудесно, чтобы длиться вечно, хотя я смела на это надеяться.
Но в один дождливый день я ворвалась в офис Джареда, хихикая вместе с Селестой над тем, как мы обе промокли, и увидела Ашера, сидящего напротив Джареда. Тогда реальность обрушилась на меня и погасила мой смех.
Как только охранник Джареда закрыл за нами дверь, я спросила:
– Что вы здесь делаете, Сераф?
Джаред улыбнулся, и, хотя его улыбка была нежной, я знала форму этой его улыбки наизусть. И сейчас в ней было что-то неправильное.
– Он зашел проверить, как у меня дела.
– С каких это пор архангелы наносят светские визиты? – спросила я.
Бирюзовые перья Ашера развевались за его спиной.
– Ты права. Это не светский визит. Я зашел, чтобы сказать Джареду, как мы впечатлены его уменьшающимся счетом.
– Семьдесят два, Перышко, – сказал Джаред, выделив мое прозвище. – Мы почти это сделали.
– Семьдесят два? – я взвизгнула, запрыгивая к нему на колени и обвивая руками шею. Несмотря на зрителя, я поцеловала его.
И он поцеловал меня в ответ.
Раньше я думала, что семьдесят два балла – это ужасный результат, но тогда я оценивала баллы, начиная с нуля, а не со ста.
Ашер прочистил горло и поднялся с зеленого бархатного кресла.
– Я должен… Мы должны оставить вас двоих…
Селеста нахмурилась, переводя взгляд с Ашера на Джареда.
Ашер кивнул головой в сторону двери.
– Идем, Селеста. Я подброшу тебя.
Девушка не двинулась с места. Дождевая вода стекала по ее телу и впитывалась в ковер Джареда. Ашер коснулся ее плеча. С усилием оторвав ботинки от ковра, она повернулась и последовала за ним к выходу.
В ту секунду, когда мы с Джаредом остались наедине, я обхватила руками его лицо.
– Я так горжусь тобой.
Его улыбка стала шире, но так и не достигла глаз.
– Как прошел твой день, любовь моя?
– Невероятно. Мюриэль учила меня готовить. Потом я прочитала еще несколько тех старых книг. Не мог бы ты, пожалуйста, купить несколько новых? Каждый раз, когда я переворачиваю страницу, пыль заставляет меня чихать. К тому же они немного скучноваты.
Джаред усмехнулся, но этот приятный звук был слабым, как будто визит Ашера заставил его голос потерять силу.
– После этого позвонила Селеста, и мы пошли в ту пекарню с эклерами, о которой рассказывала Мюриэль, – я все еще ощущала на языке вкус густого кофейного крема, мягкого теста, блестящей глазури. – А потом, пока мы бежали домой, – да, домой… От меня не ускользнула ирония, что ангел нашел приют в «Суде Демонов», – я придумала еще несколько способов спасти твою душу.
Джаред улыбнулся, но, на мой взгляд, все еще слишком натянуто.
– Что я буду делать, когда ты уйдешь? – пробормотал он.
Мои подозрения, что что-то не так, усилились.
– Когда я уйду? Куда?
Его кадык дернулся, и он откашлялся.
– Наверх, – он встал так резко, что я бы свалилась прямо с его колен, если бы он не подхватил меня. – В мою кровать. Нашу кровать.
– Мне нравится, как это звучит, – сказала я, обвивая руками его шею.
– А мне нравится… – он направился к двери, – как ты стонешь и шепчешь мое имя.
Мои щеки вспыхнули, а его локоть надавил на ручку, чтобы открыть дверь.
Мы обошли Люка, стоявшего снаружи кабинета. К счастью, он продолжал отводить взгляд. Как бы я хотела, чтобы здесь не было телохранителей, чтобы не было в них необходимости. Но, к сожалению, Джаред не мог жить без охранников, особенно теперь, когда его ранг уменьшался. Чтобы исправить свои ошибки, он, вероятно, разозлил некоторых своих клиентов.
– Знаешь, я умею ходить, – сказала я, когда он бросился вверх по лестнице.
Он чмокнул меня в губы.
– Но я хожу быстрее. Ноги длиннее.
Я рассмеялась.
– А мы торопимся?
– Я могу потянуть мышцу.
Я приблизила свои губы к его уху.
– Это не мышца.
Он хмыкнул.
– Тогда почему он напрягается?
Я закатила глаза, когда Джаред, наконец, отпустил меня, чтобы открыть дверь. Я закрыла ее за нами. Прежде чем замок успел щелкнуть, его рот накрыл мой, его руки оказались в моих промокших волосах, затем на моих бедрах, пока мы шли, спотыкаясь, к кровати.
– Дай мне посмотреть на мышцу, которой ты так гордишься, – поддразнила я его, убирая волосы с лица, когда упала на кровать. Моя голова оказалась на одном уровне с эрекцией, проступающей в его штанах.
