Я выпустила крылья наружу, поскольку мне было любопытно посмотреть, изменился ли их вес. Это действие вызвало неглубокую боль. Я расправила их под пристальным взглядом Селесты, посылая блики по ее ошеломленному лицу и роскошной столовой. Вес крыльев изменился не так сильно, как ширина. Несмотря на то, что мои новые перья были всего лишь пушинками, они обрамляли мои крылья, как мягкий мех, и продлевали серебряные кончики. Они вырастут полностью за несколько дней.
Я погладила их, гадая, какие воспоминания о Джареде содержало каждое из перьев. Как ишимам удавалось помещать воспоминания в стержни? Они исследовали мой разум и отобрали воспоминания, или их отлаженная система распределила воспоминания случайным образом? Я вдруг пожалела, что не разузнала больше об ишимах, поскольку сосредоточилась на малахимах, в ряды которых хотела вступить с раннего возраста.
Двери столовой распахнулись, и влетел Джаред, волосы зачесаны назад, тело облачено в облегающий темно-синий костюм и белую рубашку с расстегнутым воротом. У меня перехватило дыхание. Перестанет ли мое тело когда-нибудь так реагировать на этого мужчину?
Селеста резко повернулась на своем стуле и затем крутанулась назад ко мне. Она по-прежнему ничего не говорила, но ее челюсть напряглась.
– Доброе утро, Селеста. Надеюсь, я не помешал вашей пустой болтовне, – сказал Джаред, и я закатила глаза. Он довел свой скучающий и доминирующий тон до такого совершенства, что, если бы я не чувствовала нежность под всей этой язвительностью, я могла бы обидеться.
– А ведь я почти соскучилась по тебе, – обратилась я к нему, улыбаясь через плечо Селесты.
Джаред ответил мне улыбкой, которая едва тронула его гладкую кожу, но заставила глаза засиять.
– Чем мы обязаны такому приятному визиту, Селеста?
Селеста нахмурилась, заметив мою ухмылку.
– Ты сделала это ради него? Ты уничтожила свои крылья из-за него?
– Я сделала это, чтобы остаться, – ответила я, тщательно подбирая слова. – Чтобы остаться с ним. И с тобой, Селеста. Ты же знаешь, как мне здесь нравится.
Мои слова, должно быть, не убедили подругу, потому что она побледнела.
– Ты не можешь влюбиться в грешника. Это неправильно.
Моя ухмылка слетела с лица. Я не ожидала, что Селеста похлопает меня по спине и обнимет Джареда, но я также не ожидала отвращения.
– Расскажи мне, Селеста. Почему это неправильно?
– Ты должна делать людей лучше, а не играть с ними в семью.
Джаред скользнул по мне взглядом, но не вмешался.
– Я и не ожидала, что ты поймешь, – я убрала свои руки с рук девушки. – Но я также не потерплю, чтобы ты критиковала мой выбор. Ты моя подруга – единственная подруга, – и я ценю твое мнение… Я ценю тебя, но ты не можешь судить меня.
– Но он Тройка, Лей, – произнесла Селеста так, будто его счет автоматически делал его презренным.
– Был Тройкой, – выпалила я в ответ.
Брови Джареда дернулись, а затем его взгляд переместился на мои крылья, на их пушистую каемку, прежде чем снова остановиться на моем лице. Шок боролся с другой эмоцией. Я не понимала, что именно он чувствовал. Может быть, это был только шок. Очень сильный. Хотя мы обсуждали вероятность того, что Ашер изменит свое решение, мы не сильно верили в это.
– Ашер будет в ярости, – заметила Селеста.
– С чего бы ему злиться? Он допустил ошибку и исправил ее, – возразила я.
– Потому что он исправил ее, чтобы ты вознеслась!
– Почему я не удивлен? – глаза Джареда потемнели, их оттенок соответствовал его тембру. – Ваш вид неспособен совершить доброе дело без личной выгоды.
– Наш вид – это и твой вид тоже, – огрызнулась Селеста.
Джаред наклонился вперед, положив руки по сторонам от изящной фарфоровой тарелки с веерообразной тканевой салфеткой сверху.
– Если я не ошибаюсь, у меня нет крыльев.
– В тебе наша кровь, – сказала она.
– Кровь связывает нас с людьми, но иногда не с теми. Я связан только с фамилией Адлер, Тристаном и женщиной, которая ведет мое хозяйство.
Селеста выглядела возмущенной, но не я. Я даже не могла винить Джареда в его ненависти к ангелам. Что они сделали для него, кроме того, что испортили его детство и несправедливо лишили шанса вступить в наши ряды?
– Лей, я люблю тебя как сестру, но оставаться здесь эгоистично. Ты можешь не любить Ашера, но ты же знаешь, что, выходя за него замуж…
– Выходя замуж? – вспыхнула я. – Селеста, возможно, в какой-то момент я ему понравилась, но поверь мне, это далеко в прошлом.
– Но он распушился для тебя!
– В. Далеком. Прошлом, – я ответила спокойно, но твердо.
Пальцы Джареда сжались в кулаки, и я тут же пожалела, что рассказала ему про ангельские ухаживания.
Селеста покачала головой.
– Ты обманываешь сама себя.
– Разве не имеет значения, чего хочу я? – мой тон повысился. – А я хочу остаться здесь. Я не хочу выходить замуж за Ашера, потому что он мне не нравится. Не в этом смысле.
Глаза Селесты наполнились слезами.
– Ну и что? Ты отказываешься от шанса всей жизни… нескольких жизней… ради пары месяцев с ним?
– Месяцев? – голос Джареда был подобен пуле, пронзившей растущее напряжение.
