Расскажу вам о том, что когда-то у нас воспитаньем звалось молодежи,В те годы, когда я, справедливости страж, процветал, когда скромность царила.Вот вам первое: плача и визга детей было в городе вовсе не слышно.Нет! Учтивою кучкой по улице шли ребятишки села к кифаристуВ самых легких одеждах, хотя бы мукой с неба падали снежные хлопья.Приходили, садились, колен не скрестив, а почтенный наставник учил ихСтародедовским песням: «Паллада в бою воевода» иль «Меди бряцанье»,Запевая размеренно, строго и в лад, как отцы и как деды певали…А в гимнасии, сидя на солнце в песке, чинно-важно вытягивать ногиПолагалось ребятам, чтобы глазу зевак срамоты не открыть непристойно.А вставали и след свой тотчас же в песке заметали, чтоб взглядам влюбленныхОчертания прелестей юных своих на нечистый соблазн не оставить.В дни, минувшие маслом пониже пупа ни один себя мальчик не мазал,И курчавилась шерстка меж бедер у них, словно первый пушок на гранате.Не теснились к влюбленным мальчишки тогда, лепеча, сладострастно воркуя,Отдавая себя и улыбкою губ и игрой похотливою взглядов.За обедом без спроса не смели они положить себе редьки кусочек,Сельдерея до старших стянуть со стола не решались, ни лука головку.В кулачок не смеялись, не крали сластей, ногу за ногу накрест не клали…

Тут «Правду» прерывает «Кривда»:

Стариковская чушь!Но «Правда» парирует: Да, конечно. И это та сила,Из которой растила наука моя поколенья бойцов марафонских.[20]

Конечно же «Правда» немного преувеличивает. Конфликт поколений повторялся и повторяется на протяжении веков. Причинами его являются как идеализация того времени, когда старики были красивыми и молодыми, так и естественная неприязнь уходящих к тем, кто займет их место. Но иногда изменения в общественной жизни и системе воспитания происходят настолько быстро, что различия в образе жизни двух поколений проявляются очень ярко и сравнение не всегда бывает в пользу младшего из них. Именно так и произошло в Афинах, когда ровесников Перикла сменила молодежь, воспитанная в иных, гораздо лучших условиях, но имевшая множество явных недостатков.

«Правда» ошибалась также, утверждая, что мальчики времен персидских войн только и делали, что гоняли по лугам и лесам. Уже тогда им приходилось корпеть над трудной и нудной наукой.

Тайну письма и чтения юный афинянин постигал, старательно выводя буквы палочкой на табличке, покрытой воском. Не было ни букварей, ни учебников, зато школьник с самого начала обучения приобщался к великой поэзии. Объяснения учителя знакомили мальчиков с религией и мифологией, историей и географией, этикой и политикой. На первом месте, конечно, стоял Гомер, но читали также Гесиода, Феогнида, Солона. Собственно говоря, это было даже не чтение, а распевное и многократное повторение стихов вслед за учителем, который декламировал их по своему экземпляру, ибо книги тогда были редкими и дорогими. Гесиод писал о появлении богов, о трудах и лишениях бедного землепашца, угнетаемого знатными господами. Феогнид из Мегары учил, как должен поступать настоящий аристократ, и горел ненавистью к черни, лишившей его имущества и родины.

Но ближе всего сердцу учеников был Солон — великий законодатель их государства. В своих элегиях[21] он оправдывал и объяснял осуществленные им реформы и вместе с тем предостерегал будущие поколения:

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги