Дэ Руц был зол. Мало того, что его мнение, мнение одного из последних, оставшихся в живых, огненных лунов было проигнорировано на общем совете (как «слишком молодого, чтобы совет прислушивался к таким реакционным идеям, исходящим от недоростка»), так к тому же его послали разгребать какие-то замшелые захоронки вместе с этим стариком! И пусть он и являлся единственным, ныне здравствующим, чёрным луном, это ничего не меняло. Их отправили разгребать забытую всеми богами клятую заплесневевшую помойку!
— Дэ Руц, а ты точно огненный дракон?
Опять этот отвратный старикашка его подкалывает. Вон как мерзко ухмыляется. Дэ Руц слышал краем хвоста, что давным-давно, ещё до падения Закатной империи, старый лун управлял ни много ни мало, а всей тёмной стороной столицы.
В лапах дракона были все подпольные заведения, контрабанда и, соответственно, организованная преступность. Причём не одно определённое формирование, а все. Все, которые были в империи и за её пределами, если те имели связи с драконами.
Но время оказалось неумолимо даже к грозному главе преступного мира. Оно продолжало свой ход, и, аккурат к исчезновению империи драконов, Та Кат начал сдавать. Постепенно блёкла его чешуя, в годы пика сил создающая на шкуре дракона иллюзию иссиня-чёрной всепоглощающей бездны, и теперь, через многие века после падения их великого государства, старый лун в редкие моменты трансформации в свою истинную ипостась был уже светло-голубого окраса. И это прекрасно давало понять очевидцам трансформы, что Та Кат ещё что-то может, но уже близится к полному упадку своих сил, когда его чешуя полностью обесцветится, а сам он окончательно превратится в немощного старца, доживающего свой век.
— Да, я лун, повелевающий огнём, — С раздражением ответил Дэ Руц, уже внутренне готовясь к очередной выбешивающей шуточке от острого на язык старикана. И старый предводитель беззаконников возложенные ожидания доблестно оправдал.
— А чего ж ты тогда по скорости больше хуанлуна[6] напоминаешь? — ехидно осведомился Та Кат.
6. Вид лунов чьей стихией является земля.
Стоит упомянуть, что в этот момент оба дракона летели в сумерках над Великим озером, пользуясь тем, что вечерний полумрак вперемешку с туманом надёжно скрывает два немалых по размерам силуэта, скользящих почти у самой поверхности воды.
— Да потому, старый ты мешок с костями, что в склепе я видал все ваши заморочки с перетаскиванием бесполезной рухляди из одной свалки в другую, тем более, что одна из этих свалок находится на каком-то богом забытом островке! — возмущённо возопил Дэ Руц, но мысленно, и скорость прибавил.
Потому как единственным для него сейчас способом пробиться в правящую верхушку своего невеликого теперь и по количеству и по влиянию народа была как раз работа на этого ехидного старика. Нет, в сам совет его не допустят, это точно, но работа на одного из его представителей, а Та Кат как раз этим самым представителем являлся, серьёзно поднимала авторитет молодого дракона среди остальных. Впрочем, Дэ Руц не был так уж молод, просто детей среди них не осталось, да и не появятся они теперь…
Заметив, что невольно погрузился в мрачные думы, Дэ Руц постарался максимально привести мысли в порядок, чтобы от нагрева воздуха рядом со своим телом не потерять маскировку, которую давал туман, свился в спираль, и буквально выстрелил собой, взметая клочья белёсой дымки, в ту сторону, где уже успел скрыться боевой старичок.
***
На берегу безымянного острова царила тишина. Неспешно омывали мыс, где они приземлились, воды озера, тихо шелестели заросли льна, вкруг которых вдоль берега вела узкая тропка. И над всей этой идиллией высилась громада скалы, будто вырванная кем-то со своего законного места и поставленная сюда смущать неокрепшие умы и будоражить воображение. Им пришлось потратить какое-то время, чтобы аурным взором проверить всю близлежащую территорию на предмет возможных шпионов врага.
Хоть Та Кат и сказал, что проверку придётся провести ещё несколько раз по ходу работ, Дэ Руц был с ним полностью не согласен. Никаких шпионов врага давно уже нет, как и самого врага: он пропал после того как закончил войну победой. Победой над его народом. Лун скрипнул человеческими зубами (делать что-либо на данном клочке суши было удобнее в этой форме), запахнул магическую робу и направился за Та Катом, в это время уже бодро трусившим в сторону скалы.
— Перекинься окончательно.
Фраза заставила Дэ Руца сбиться с шага. Раздражение, долго копившееся за полный подколок над его «несостоятельностью и отсутствием какой-либо пользы с его стороны» перелёт немедля юркнуло в образовавшуюся лазейку гордости луна, чтобы начать разрастаться, наполняя душу дракона праведной яростью.
— Я один из последних представителей гордого племени чилунов[7]! Нам невместно принимать полноценный облик наших рабов! Рога наша гордость и честь!!!
7. Вид лунов, чьей стихией является огонь
— Где были эти гордость и честь, когда драконы Восточного хребта вместе с нашими же рабами убили нашу страну? — осуждающе бросил Та Кат.
— Я тогда был ещё ребёнком!
