Внешне Империя Заката оставалась величайшей страной двух континентов. Даже эльфы, за счёт магии умеющие растягивать длительность своей жизни до драконьей, так и не смогли достичь подобного в своих лесах. А может просто не посчитали нужным. Детям лесов свойственно без особого воодушевления наблюдать за потугами людей и им подобных успеть побольше за тот короткий промежуток времени, что им отмерен на жизнь, раскрывая свою утончённую душу лишь деревьям.
Подмечая вышесказанное, Закатная империя процветала, но, с начала правления второго императора, всё меньше можно было увидеть на улицах прекрасных городов лунов свободно разгуливающих представителей иных рас. Людей же среди них не было и вовсе. Ещё когда вся страна бурлила от новостей об убийстве правителя, многие эльфы, орки, гномы и остальные разумные формы жизни, не являющиеся от рождения лунами, поспешили покинуть ставшую вдруг негостеприимной страну, и сделали это очень вовремя, потому как оставшиеся спустя какое-то время с удивлением обнаружили, что возможности уйти у них теперь нет.
К сожалению, именно людей среди тех, кто не успел покинуть Дард вовремя, было больше всего. Человеческая слабость, вопреки которой эта раса отвоёвывала земли у других, та самая слабость, благодаря которой люди развили у себя волю противостоять невзгодам, чему так восхищались в своё время луны, сыграла с этим народом злую шутку. Не помогла ни смекалка, ни изобретательность, ни сплочённость людей в минуты смертельной опасности (что было, в общем-то, у всех, но, тем не менее). Люди просто не успели.
В основном переселенцы, они, в своё время бегущие в Закатную империю за лучшим будущим, отказывались сниматься с насиженного места, наивно веря, что беда, если уж таковая нагрянет, обойдёт их стороной. Не обошла. И именно люди стали впоследствии теми, кого вставшие у руля луны поголовно обратили в рабство, тем самым окончательно закрепив их положение в этой стране, неважно, кем они были за её пределами.
Так прошли ещё несколько тысяч лет. Закатная империя, владеющая всем континентом Дард, под управлением второго императора упрочняла свои позиции, но это была уже не та страна, которую когда-то заложил человеколюбивый байлун со своими сторонниками. Многое в нынешнем гегемоне держалось на рабском труде, который поощрялся и всячески спонсировался правящей верхушкой.
