— Я показал хоббитам, что можно свободно выбирать любой род деятельности. Закостенелое общество диктует, что его член должен стоять за плугом, кормить коров и собирать пшеницу. А Верховный Старейшина всё решит за тебя. Почему бы не заняться искусством? Почему бы не заняться политикой? Почему бы не решать самому?! Столько дорог, но все они закрыты для мохноногих коротышек.
— Я показал людям, превосходящим своих тиранов в десятки раз, что они могут сплотиться и дать отпор эльфам. Остроухие ублюдки, прости Гвинден, заперлись в Убросе и контролируют жизни всего континента, выкачивая из него саму жизнь. Лишь бы всё шло своим чередом. Лишь бы ничего не менялось! — Разиен распаляется с каждым словом. — Как было при их предках. Стагнация. Смерть!
— Теперь ты понимаешь? — он устало смотрит на меня.
Больная тема для лысого. Вся его суть требует изменений, а Виашерон насильно сдерживают, мешая этому процессу. И всё, что он сказал, так или иначе фигурировало в Песне утренней звезды — тексте Ордена. Только там его влияние подавалось со знаком минус. Очень занятно.
— Понимаю. Что дальше? Как мне добраться до Малаака?
Мы болтаем уже довольно долго, нужно завершать разговор и возвращаться к Авроре.
— Ты спрашивал, почему я не появился раньше. Всё просто. Я ждал нужного момента, и он почти настал. Великое Ристалище. Слышал про него что-нибудь? — заговорщицки подмигнул собеседник.
— Нет. Хотя, да. Название где-то мелькало. Что это такое?
— Эпохальное состязание между Империей и Союзом. Оно не имеет регулярного графика и всегда требует особого повода. А также личного одобрения Властителя и Императора. До сего момента Ристалище трижды проводилось в Виашероне. Впервые, после формального основания Тёмного Союза. Это был предлог для двух государей сесть за один стол, пока лучшие представители их народов соревнуются между собой в ряде дисциплин. Во второй раз, когда опасная эпидемия, пришедшая из Бездны, едва не выкосила весь мир. Народы собрались, чтобы отметить собственное выживание и поднять боевой дух. И в последний раз, сразу после подписания мирного соглашения. Обе стороны сделали вид, что ничего и не было. Почему бы не посостязаться в беге, стрельбе из лука и прочей чепухе.
— А причём здесь Малаак? И какое нахрен состязание, когда на дворе война? — я скептически оглядываю Разиена.
— Не забегай вперёд. Прежние правители обеих фракций обратились с просьбой ко мне и Аларис. Помочь организовать подобное состязание таким образом, чтобы гарантировать безопасность участников, обеспечить к нему доступ любого желающего и позволить миллионам наблюдать за происходящим. Так родилось Великое Ристалище. И место, и событие. На юге от обоих материков расположен безымянный остров. На нём мы сотворили колоссальный амфитеатр. В выбранный день по всему миру откроются порталы, которые позволят любому желающему перенестись на этот остров.
Казалось, что ему доставляет удовольствие хвастаться собственными деяниями.
— Вход бесплатный? — уточняю я.
— Нет. Требуется особый жетон. Всё же обе стороны тратят много средств на организацию мероприятия.
— Ясно.
— Что касается твоих вопросов. Главы обоих Пантеонов издревле принимают участие в Ристалищах в качестве приглашённых гостей. Они сидят в особых ложах, куда пускают только победителей, чтобы принять заслуженную награду из божественных рук. Смекаешь?
— Ещё бы. А война?
— Как я уже сказал, я ждал нужного момента. Потребовалось всего лишь подтолкнуть один камешек, и вот уже Тараск грохочет по Берклэнду, а Союз судорожно перебрасывает легион, оголяя свою защиту. Чем тут же воспользовалась Империя для атаки на Ревущее ущелье.
— Так это твоих рук дело? Не Нарцелии?
— Безусловно, эта сумасшедшая дама действовала в одиночку. А я? Что я? — он наигранно пожимает плечами.
— Ну-ну, Гвинден, не спеши осуждать меня, — успокаивающе машет руками собеседник. — Нам обоим нужна эта война, если мы действительно хотим отомстить. Тем более что для Союза и Империи она складывается не самым удачным образом. Отсюда потребность во временном перемирии для борьбы с демонами и повод сесть за стол переговоров — Великое Ристалище. Прорыв в Ревущем ущелье доставил немало проблем обеим сторонам, знаешь ли.
— Не понимаю. Я слышал про это твоё Ристалище задолго до начала войны, — я морщусь от его холодной и бездушной логики.
