Перо Демиурга, Том II полностью

— Прошу!.. — сипло выдавила Вендетта, с мольбой взирая на покровительницу.

— Знаешь, милая, — отвлечённо произнесла красавица, — Я склонна считать себя милосердной богиней. Терпеливой, я бы даже сказала. Я не рублю сгоряча. Не переношу собственные провалы на своих слуг. Я даю вторые шансы. Иногда даже третьи, не так ли? — белый свет усилился, и пленница ощутила слёзы, хлынувшие из глаз. Резь стала невыносимой.

— Я всё сделаю!.. — заторопилась асимар.

— Нет-нет-нет, — помахала ладонью Аларис. — Обманешь меня раз — позор тебе, обманешь меня дважды — позор мне. Обманешь меня трижды… — её голос стал ледяным. — Я слишком доверчива, увы. Вижу лучшее в Разумных. Ты знаешь, почему ты здесь?

— Потому что подвела тебя, — после долгой паузы ответила Вендетта, чувствуя, как страх сводит горло.

— Именно, милая, именно. Раз за разом ты подводила меня. Нарушала взятые на себя обязательства. И вот чаша моего терпения переполнилась. Отчасти здесь и моя вина. Я поставила не на ту лошадь. Прощай, Вендетта, — голос стих, а свечение начало тускнеть.

— Я ВСЁ СДЕЛАЮ! — гончая выплеснула последние крохи сил в отчаянном крике. — Я УБЬЮ ЕГО! УМОЛЯЮ!!!

В ответ её уши уловили еле слышный шёпот богини:

— Что посеешь, то и пожнёшь.

Асимар взвыла и ударилась затылком о камень. В глазах потемнело.

Девушку пробрал истерический смех.

Ублюдочный Гвинден даже здесь утёр ей нос.

Однажды он ведь предупреждал её именно об этом.

Темнота вновь вступила в свои владения, чтобы больше уже не рассеяться.

Гвинден

Крепчайшая янтарная жидкость прокатилась по пищеводу и упала в желудок. Кружка со стуком встала на стол.

Никакой реакции. Я ощутил едва заметное тепло, но и оно вскоре исчезло. Даже напиться теперь не могу.

Ублюдское тело.

Потянулся к графину, но обнаружил, что тот опустел. Я выпил больше литра местной сивухи, которая пытается закосить под виски, но чувствую себя абсолютно трезвым.

И очень злым.

В отличие от алкоголя эта злоба ощущается очень чётко. Она поджаривает меня изнутри, требуя выхода. Ей всё равно кого жечь. Не найду для неё жертву, она спалит меня к чертям.

Маджестро…

Семь часов назад мы сбежали с того безымянного острова. Амфитеатр всё-таки устоял, не разрушившись до основания. Сколько невинных людей погибло в результате давки, обвалов и трещин? Я не желал знать. Моя ноша и так слишком тяжела.

Меня вытащил Волчок. Подлатав себя целебным зельем, он вынес меня наружу. Где нас уже ждали Стальные Крысы. Если и есть хоть что-то хорошее в событиях прошедшего дня, это тот факт, что больше никто не умер. Отделившись во время бегства, вторая часть отряда смогла выбраться из рассыпающегося здания без помех со стороны наших врагов. Вскоре к ним присоединилась и Фурия. Не хватало только нас троих.

…

Двоих.

Часть пути я провёл в отключке, но очнулся задолго до того, как за меня взялся Фобос. Спасибо изменившемуся телу. Оно окончательно перестроилось, самостоятельно устранив магическую заразу — подарок покойной Вендетты.

С раздражением покосившись на зеркало, висящее на стене по правую руку от меня, я скривился. Оттуда на меня таращился дроу с хмурой мордой, всклокоченной шевелюрой и ярко-синими зрачками в окружении чёрных, как смола, белков.

Бешенство накатило внезапно, как цунами, и кружка улетела в блестящую поверхность. Звенящие осколки усыпали пол, не погасив мою ярость ни на йоту.

Это нечестно! Почему мне досталась дармовая сила, а Маджестро — бесславная смерть? Эта грёбаная незаслуженная мощь! Где хоть что-то похожее на справедливость? Кармический баланс?!

Эдгар так изменился. Он проделал огромный путь с момента нашего знакомства, но не успел полюбить. Не нашёл себе пару. Не держал на руках своего ребенка. Не видел, как он растет.

Аларис! Буревестники! Все они отняли это у него. А я отниму у них всё, что им дорого! Когда они отправятся к Малааку, долгожданная смерть станет для них избавлением.