– Мой отец? – спросил я, совсем растерявшись.
– Посейдон, – провозгласил Хирон. – Колебатель земли, Насылающий бури, Отец лошадей. Славься, Персей Джексон, сын Морского бога!
На следующее утро Хирон переселил меня в третий домик.
Мне не нужно было делить его ни с кем. Тут было полно места для моих вещей: рога Минотавра, запасного комплекта одежды и туалетных принадлежностей. В обед я сидел за собственным столом, мог сам выбрать, чем заняться, ложиться спать, когда захочу, и никого не слушать.
И при этом мне было очень паршиво.
Я только начал ощущать себя частью коллектива, почувствовал себя среди своих в одиннадцатом домике, обычным подростком – насколько это возможно для полукровки, – и тут же снова оказался сам по себе, словно больной какой-то невиданной хворью.
Никто не вспоминал об адской гончей, но что-то мне подсказывало, что о ней шептались у меня за спиной. Ее нападение всех перепугало. Стало ясно, во-первых, что я сын бога морей и, во-вторых, что в стремлении уничтожить меня монстры ни перед чем не остановятся. Они могут даже проникнуть в лагерь, который всегда считался безопасным местом.
Другие ребята как могли избегали меня. После того что я сделал с детьми Ареса в лесу, одиннадцатый домик так тревожила перспектива учиться владению мечом вместе со мной, что Луке пришлось давать мне индивидуальные уроки. Он не делал мне поблажек и не переживал, если я набью себе синяков.
– Тебе пригодится каждая тренировка, – пообещал он, когда мы работали с мечами и горящими факелами. – А теперь еще раз тот обезглавливающий змей удар. Пятьдесят повторений.
По утрам Аннабет по-прежнему учила меня греческому, но была какой-то рассеянной. После каждого моего вопроса она смотрела на меня так сердито, будто я врезал ей промеж глаз. После уроков она уходила, бормоча под нос:
– Квест… Посейдон? Вот же ж… Нужен план…
Даже Кларисса держалась на расстоянии, но метала на меня такие злобные взгляды, что было ясно: за сломанное копье она готова меня убить. Лучше бы она разоралась или побила меня. Я был согласен драться хоть каждый день – лишь бы меня не игнорировали.
Видимо, кто-то в лагере меня невзлюбил, потому что как-то вечером, зайдя в домик, я увидел, что мне подкинули газету смертных – выпуск «Нью-Йорк дейли ньюс», раскрытый на странице с новостями. Статью я читал почти час, потому что чем дальше я читал, тем больше злился и тем сильнее разбегались со страницы слова.
МАЛЬЧИК И ЕГО МАТЬ ДО СИХ ПОР НЕ НАЙДЕНЫ ПОСЛЕ СТРАШНОЙ АВАРИИ
Прошла неделя с загадочного исчезновения Салли Джексон и ее сына Перси. Сильно обгоревший автомобиль «Camaro» 1978 года, принадлежащий семье, был найден в прошлую субботу: у машины была оторвана крыша и сломана передняя ось. Перед тем как взорваться, автомобиль выдержал сильный удар и по инерции преодолел несколько сотен футов асфальта.
Мать с сыном отправились на выходные в Монток, но в спешке уехали оттуда при загадочных обстоятельствах. В машине и рядом с местом аварии были обнаружены незначительные следы крови, но других признаков пропавших Джексонов не найдено. В то время, когда произошла авария, жители окрестных районов не заметили ничего необычного.
Гейб Ульяно, супруг Салли Джексон, заявляет, что его пасынок Перси Джексон – трудный ребенок, который был исключен из нескольких школ-интернатов и в прошлом проявлял склонность к насилию.
Полицейские не говорят, считают ли они, что Перси Джексон может быть виновен в исчезновении матери, однако подобная вероятность не исключена. Мы публикуем недавние фотографии Салли Джексон и Перси. Полиция призывает всех, кто владеет какой-либо информацией, позвонить по бесплатному номеру анонимной горячей линии.
Номер телефона был обведен черным маркером.
Я скомкал газету и отшвырнул ее, а сам рухнул на кровать посреди пустого домика.
– Отбой, – тоскливо сказал я сам себе.
В тут ночь мне приснился самый жуткий кошмар в жизни.
Была буря, я бежал по пляжу. На этот раз позади меня был город. Не Нью-Йорк. Он выглядел иначе: дома стояли дальше друг от друга, вдалеке виднелись пальмы и невысокие холмы.
В ста ярдах от линии прибоя сражались два человека. Они были похожи на рестлеров из телепередачи: накачанные, бородатые, длинноволосые. На одном была легкая греческая туника синего цвета, на другом такая же зеленая. Они толкали, теснили, бодали друг друга, и каждый раз, когда один касался другого, вспыхивали молнии, небо темнело, а ветер усиливался.
Я должен был их остановить, сам не зная почему. Но чем быстрее я старался бежать, тем сильнее ветер толкал меня в грудь, и вскоре мои пятки стали вязнуть в песке, и сколько бы усилий я ни прикладывал, все было без толку – я оставался на месте.
Сквозь рев бури я услышал, как человек в синей тунике кричит тому, что был в зеленой: «Отдай! Отдай!» Словно детсадовец, не поделивший с другом игрушку.
Волны стали выше, они разбивались о берег, покрывая меня солью.
Я завопил: «Хватит! Остановитесь!»
