– Тайка, отдай мне свой билет, пожалуйста.
– Исключено. Я специально выбрала его и сообщила уже об этом Зое.
– Очень прошу. Полцарства готов за него отдать.
Никита вцепился мне в руку, заглядывая в глаза, и я сдалась.
– Ладно. Надеюсь, что она не обидится на меня.
Прозвенел первый звонок – пора было рассаживаться. Уже на
ступеньках по пути на бельэтаж я заметила в толпе Топалова. Пол был
скользким, поэтому шагала я очень неуверенно. Арсентьев тоже это
заметил и подхватил меня под руку.
– Вы не против, если я помогу?
– Не против. Спасибо.
По классике жанра, Дима обратил на меня внимание именно в этот
момент. Может, показалось, но выглядел он весьма недовольным.
Я пошла искать своё место на бельэтаже, а капитан поднялся с
небольшой группой солдат на балкон. Уже когда я стала высматривать
нужный ряд, до меня дошло, что изначально Никита наверняка выбрал
место возле Димы. Угадала. Рядом сел Топалов и первым дело спросил:
– А что это ты не возле капитана? Удивительно.
– И тебе добрый вечер, – произнесла вместо ответа.
Полезла за телефоном, чтобы написать Зое извинения, но разговор
продолжился:
– Он совершенно тебе не подходит.
– Кто?
– Арсентьев.
Стало любопытно, почему Дима так думает.
– Погоди. Ты мне сказал, что я со своим характером никому не
интересна, а теперь говоришь, что мне кто-то не подходит. Не вяжется одна
мысль с другой.
– Просто не флиртуй с капитаном и всё...
Прозвенел второй звонок, заглушив дальнейшие слова, но я успела
уловить новую эмоцию в его голосе, только не поняла, какую именно.
– Я сама решу.
– Да пожалуйста.
Долго молчание не продержалось, Дима добавил:
– Он – зануда. Тебе нужен кто-то более уверенный в себе, харизматичный и весёлый.
– Спасибо за совет. Я уже и забыла, что ты разбираешься в критериях
и совместимости, – не упустила возможности, чтобы сделать отсылку к
тому, с чего всё началось.
Прозвенел третий звонок – погас свет. Забыла упомянуть, что сегодня
впервые на сцене этого театра, как хвастался директор, ставят «Саломею»
Оскара Уайльда*. Хотелось бы сводить ребят на что-то более привычное
им, чем трагедия с библейским сюжетом, но Арсентьев настаивал именно
на субботнем вечере, поэтому выбора особо не было.
Время от времени я встречалась взглядом с Димой. Казалось, словно
он постоянно смотрит не на сцену, а на меня.
– Что не так? – тихонько спросила, не выдержав.
– Всё хорошо.
Потянулась поправить укладку, потом даже запереживала, что я
размазала тушь и сижу, словно панда.
– Я глупо выгляжу?
– Очень красиво.
Стоит признать, что комплимент от Василия Станиславовича меня так
не вогнал в краску, как пара слов от Димы.
После спектакля я покинула зал под впечатлением, с пустой от мыслей
головой, будто произошла перезагрузка. Топалов вышел следом, подражая
телохранителю, а с балкона спустился Арсентьев.
– Как вам? Делитесь впечатлением, – спросил он, наверное, из
вежливости, а не потому, что его очень интересовало моё мнение.
– Сначала показалось, что не в моём вкусе, но чем-то зацепило.
Похоже, у меня появился ещё и адвокат, который отвечает вместо
меня.
– Топалов, я и предположить не мог, что ты – такой любитель театра.
– Угу. Ярый поклонник.
В воздухе повисло напряжение, но его нейтрализовало появление Зои
и Никиты, которые выглядели очень радостными и живо обсуждали:
– Мне так понравилось, – щебетала Зоя, – я бы каждый день сюда
ходила.
Выговор за подмену билета я так и не получила. Подозреваю, что
подруга очень даже не возражает компании Калинина.
– Поскольку пол скользкий, а вы на каблуках…
– Я провожу товарища лейтенанта, – Топалов нагло перебил Арсеньева
и взял меня за руку.
Мне оставалось просто идти и не понимать, что происходит: этим
вечером я оказалась в центре внимания, а Дима вообще себя странно ведёт.
– У тебя ярлычок на платье видно. Сейчас поправлю.
Я хотела запротестовать, вокруг слишком много людей и солдат, а я
уже позволила себе достаточно вольностей для офицера, но не успела.
Дмитрий аккуратно запихнул ярлычок на своё место, еле коснувшись
костяшками пальцев кожи на шее.
– Спасибо.
Резко отпустила его руку, рефлекторно, как раскаленную сковородку, за которую по глупости ухватилась. Очень вовремя сержант позвал всех на
построение.
Мне не пришлось трястись под брезентом, поскольку за Зоей приехал
папа на машине и любезно предложил подвезти меня. Всю дорогу обе
смотрели в окно, улыбаясь и думая о своём, а в салоне пела Комбинация*.
*«Саломея» –
*Комбинация –
Утро было очень добрым. А как же ему не быть таковым, если на
подоконнике я нашла «Раффаэлло». Внимательно проверив окно, так и не
поняла, каким образом коробочку можно было так аккуратно спустить
через форточку, да ещё, чтобы я не услышала, а сон у меня чуткий (по
крайней мере, я была в этом уверена). Если прошлый раз конфеты служили
