Она взяла со стола бумажную салфетку и вытерла Валере влажный лоб, демонстративно не замечая, как он дрожит от ее прикосновений. Аня принесла из кухни слегка запотевший высокий стакан с ледяной кока-колой, которую Валера жадно проглотил, моментально почувствовав волшебное головокружение и необъяснимое ощущение экстаза. Повинуясь движению своих мыслей, Валера брал в руки по-прежнему лежавшие на столе ножи отца Анны Павловны. Увидев это, Аня нарочно отвлеклась, увидев что-то необыкновенно занимательное за окном и предоставив Валере вволю наиграться ее маленькой коллекцией холодного оружия. Затем, подойдя к Валере, Анна Павловна смачно поцеловала его в губы, взбудоражив и без того бурлящую кровь юноши. Время урока вышло и Валера ушел, а торжествующая Аня с удовольствием заметила отсутствие военного ножа с широким заостренным лезвием. Она с нетерпением ждала кровавый результат своих манипуляций.
Результат проявился в двенадцатом часу ночи, громогласно огласив округу воем полицейских сирен и машин скорой помощи. Одуревший от наркотика и прощального поцелуя Валера вернулся домой и по привычке прошмыгнул в свою комнату. Минут через пятнадцать нагрянула его мама. Как обычно, она его за что-то распекала, а Валера видел перед собой только соблазнительно изогнутые, жаркие и вкусные губы Анны Павловны, ее медного цвета кудрявые волосы, синие глаза и невероятно манящее, возбуждающее его тело, обтянутое плотно прилегающими джинсами и скромной белой водолазкой. От назойливого голоса матери, раздававшей какие-то нотации и что-то говорившей о проваленной накануне контрольной по химии, у Валеры потемнело в глазах. Он резко вскочил с места и нанес матери удар ножом в бок, а затем запрыгнул на нее сзади и полоснул лезвием по горлу от уха до уха, точно так, как показывала Анна Павловна, рассказывая о своем отце. Фонтан крови и предсмертный хриплый крик матери…
Для Валеры все происходило нереально, словно в компьютерной игре, в которой мочат монстров, но затем они снова оживают на новом уровне, да и вообще, всю игру можно переиграть заново. Разве в жизни так нельзя?! Валера, весь перепачканный кровью матери, оставляя красные следы на светлом ковре, спокойно пошел на кухню, открыл холодильник и, вопреки требованию пить только из стакана, прямо из коробки сделал несколько глотков сока. Пить захотелось мальчику. Что же поделать?! Затем Валера пошел в гостиную, уселся на диван и включил телевизор. Мультики всегда его успокаивали, а то он на этот раз слишком сильно перевозбудился после занятий французским с аппетитной Анной Павловной.
Таким его и застал отец, всего в бурых пятнах и засохших кровавых разводах, беззаботно смеющегося от веселых мультиков. Петр в этот вечер вернулся домой на три часа позднее, чем ожидалось, из-за дел на работе, как он намеревался объяснить жене. Он еще ощущал на губах вкус поцелуев прекрасной девушки Ани, которую сам Бог послал ему в утешение на старости лет, поселив ее по соседству. Как же он не хотел отрываться от ее сладкого тела и возвращаться к сварливой старой жене, воплей которой он в глубине души боялся больше, чем всех армий мира.
– Ну, сейчас начнет пилить… – с отчаянием подумал храбрый полковник, поворачивая ключ в замке входной двери.
Петр постарался как можно тише войти в квартиру, чтобы не провоцировать гнев своей благоверной. В квартире было слишком тихо и это казалось подозрительным. Он заглянул на кухню – никого. Пошел в их с женой спальню – тоже пусто. Затем Петр заглянул в комнату сына. На войнах и в горячих точках Петр насмотрелся всякого. Он видел смерть в двух шагах от себя, хоронил своих друзей и молодых солдатиков, да и сам был дважды тяжело ранен в Чечне и Приднестровье, так что видом крови видавшего виды полковника не испугать, но его мужественное сердце не было в состоянии увидеть собственного сына в качестве убийцы родной матери.
Увидев свою ворчливую и шумную Алису застывшей в кровавой луже, Петр схватился рукой за горло так, словно в воздухе закончился весь кислород. Пошатываясь, он пошел в гостиную, из-за приоткрытой двери которой слышался смех его сына. Валера сидел в полной темноте перед выключенным телевизором и громко смеялся, словно видит по телику что-то очень веселое. Это в принципе было невозможно, поскольку кабельное телевидение отключили на три дня в связи с какими-то ремонтными работами. Петр позвонил в скорую и полицию. Прежде, чем упасть без чувств, он успел открыть входную дверь квартиры.
