Когда он произнес эти зловещие слова, все присутствующие задрожали и зашептались, но Македа только пожала плечами.
– Я только передала вам древнее пророчество, – ответила она. – Если этот злой дух Хармак погибнет, Фэнги, я так думаю, последуют за ним. Иначе зачем бы они стали приносить жертвы богу Землетрясения, которого они почитают злым богом, чьего прихода надо страшиться? И когда около пяти столетий тому назад землетрясение разрушило часть потайного подземного города в горах, который я вскоре покажу вам, зачем бежали они из Мура и поселились на равнине, чтобы, по их словам, защитить своего бога?
– Не знаю, – ответил Оливер. – Если бы здесь был наш брат, которого Фэнги взяли в плен, он, быть может, сказал бы нам это, оттого что он многое знает о верованиях идолопоклоннических диких народов.
– Увы! О сын Орма, – сказала она, – по вине этого предателя, которого мы только что присудили к смерти, его нет с нами. Но, быть может, даже он не смог бы объяснить нам это. Во всяком случае, в это прорицание Фэнги веруют уже много лет, и поэтому мы, Абати, хотим разрушить идола Фэнгов, в жертву которому столькие из нас были принесены, будучи отданы на растерзание священным львам. Теперь я спрашиваю вас, – и она поклонилась к Орму, – сделаете вы это для меня?
– Скажи им про награду, племянница, – грубо вмешался Джошуа, увидев, что мы колеблемся, – я слышал, что язычники с Запада очень алчные люди и готовы на все ради золота, которое мы презираем.
– Спросите его, капитан, – воскликнул Квик, – презирают ли они также землю, оттого что вчера вечером я сам видел, как один из них едва не перерезал другому горло из-за клочка земли размером с собачью конуру.
Орм с удовольствием задал этот вопрос Джошуа, которого он очень не любил, и часть членов Совета, не принадлежавших к партии принца, заулыбалась или даже стала громко смеяться, а серебряные украшения на платье Македы начали покачиваться, как будто бы и она тоже начала смеяться под своим покрывалом. Тем не менее она сочла неблагоразумным дать Джошуа ответить Орму (если он мог ответить ему), но ответила за него сама и сказала:
– Друзья, мы здесь придаем мало значения золоту, оттого что мы отрезаны здесь от всего мира и нам не с кем торговать. Если бы дело обстояло иначе, мы так же ценили бы его, как все другие люди, и так и будет, когда мы избавимся от осаждающих нас врагов. Поэтому мой дядя не прав, выставляя как добродетель то, что есть всего лишь следствие необходимости, тем более что, как сказал ваш слуга, – и она указала на сержанта, – наш народ заменил золото землей и готов поплатиться жизнью, лишь бы добыть еще земли, хотя бы у него было вполне достаточно ее.
– Так, значит, язычники не требуют никакой платы за свои услуги? – насмешливо засмеялся Джошуа.
– Ни в коем случае, принц, – ответил Орм, – мы искатели приключений, иначе зачем бы мы стали вмешиваться в вашу ссору (он подчеркнул слово «вашу») с правителем, который, пусть он дикарь, кажется нам человеком, обладающим рядом достоинств, как, например, честь и отвага? Раз мы рискуем жизнью и исполняем свое дело, мы можем также получить за это все, что нам причитается. С какой стати нам отказываться от награды, когда некоторые из нас бедны, а у того нашего брата, который приговорен к смерти в честь Хармака благодаря предательству посланных за нами людей, есть родственники на родине, бедные люди, которых следует вознаградить за утрату его?
– В самом деле, с какой стати? – воскликнула Македа. – Слушайте, друзья! От своего имени и от имени всех Абати я обещала дать вам столько верблюдов, нагруженных золотом, сколько вы можете увести с собой из Мура, и раньше, чем кончится сегодняшний день, я покажу вам это золото, если вы решитесь пойти со мною туда, где оно скрыто.
– Сначала дело, плата потом, – сказал Орм. – Скажи нам, Дочь Царей, что мы должны сделать?
– Вы должны поклясться, что в течение года, начиная с сегодняшнего дня, будете служить мне, сражаться за меня и подчиняться всем моим законам, безустанно добиваясь того, чтобы разрушить идола Хармака вашими западными уловками с оружием, а тогда вы будете вольны отправиться куда угодно с вашей наградой.
– А если мы поклянемся, госпожа, – спросил Оливер, подумав, – скажи, каково будет наше положение на твоей службе?
– Ты будешь руководить всем тем, что относится до данного дела, о сын Орма, – ответила она, – а твои товарищи будут подчинены тебе и займут то положение, которое ты назначишь им.
При этих словах со стороны наряженных в кольчуги военачальников Абати донесся недовольный ропот.
– Неужто нам придется слушаться этого чужестранца? – спросил Джошуа от имени их всех.
– Во всем, что касается этого дела, как я уже сказала. Разве вы умеете обращаться с производящими огонь и гром предметами? Разве трое из вас могли бы удерживать ворота Хармака против целого войска Фэнгов и потом заставить их прыгнуть в воздух? Она помолчала, но кругом царила мертвая тишина.
