С каждым днем его поцелуи становились настойчивее, а объятия крепче. Не успела толком насладиться прикосновениями любимого, как вдруг из рекреации послышались крики и оживленные голоса.
– Что там происходит? – Мы переглянулись и, держась за руки, вышли за дверь.
От увиденной картины поясница моментально покрылась ледяным потом. Дима резко выпустил мою руку. Никогда не забуду выражение его лица в этот момент.
Возле кабинета химии на карачках стояла уборщица, а рядом с ней валялась тряпка и перевернутое ведро с водой. Женщина явно перебрала с алкоголем, поэтому просто не могла подняться. Школьники окружили ее плотным кольцом, снимая происходящее на телефоны.
– Смотрите, техничка напилась!
Я сразу узнала Митину маму. За прошлый месяц мы виделись пару раз, но он ни разу не упоминал, что она работает в нашей школе.
– Алкашка…
– Эй, тебе за водкой сбегать? – доносилось со всех сторон.
Увы, никто из собравшихся не подозревал, кто находится перед ними. Я съежилась, буквально физически ощущая его боль. Митя замер, крепко сцепив челюсти, будто наблюдая за всем со стороны. Я не выдержала первой.
– Отвалите от нее! Не видите, человеку плохо? Идите, куда шли! – Я вылетела вперед, загораживая женщину собой, но от этого стало только хуже: Митино лицо исказила гримаса гнева.
Боже! Он выглядел как разъяренный бульдог, готовый в любой момент сорваться с поводка.
– Эй, пьянчуга, ты полы-то мыть будешь? – продолжал измываться Борька из 10-го «Б», и это была его роковая ошибка.
У Димы будто отказали тормоза: он налетел на парня, заехав ему в челюсть. Взвизгнув, как поросенок, Боря отлетел на пол, изумленно потирая место удара. Голоса разом стихли. Ребята переводили взгляд с Воинова на его мать, кажется, наконец, начиная что-то понимать.
– Мама… – все обернулись на потерянный голос Богдана.
Он уселся на колени рядом с невменяемой женщиной, помогая ей подняться.
– Что здесь происходит? – Директриса обвела собравшихся мрачным взглядом.
Мое сердце сжалось до такой степени, что было больно сделать вдох. Жаль, что это не первоапрельская шутка. Все пошло прахом.
– Тогда слушай сюда: отец Нелли – один из замов руководителя Департамента образования и науки. Он курирует нашу школу. Нужно с ним поговорить. Ты пойдешь со мной? – поинтересовался Никита.
– Конечно! – ответила я, не раздумываясь.
– Тогда я зайду за тобой часиков в восемь вечера – прогуляемся до Корсаковых. Надеюсь, получится уговорить Александра Николаевича.
– Дима ни в чем не виноват. Тот парень сам его спровоцировал! – сказала твердо. – Я уверена, отец Нелли все поймет.
– Надеюсь.
Закончив разговор с Никитой, я вновь набрала Мите, но его телефон так и не начал подавать признаков жизни. Специально пошла другой дорогой, чтобы пройти мимо дома Воинова в надежде на случайную встречу, но, увы, мой план провалился.
Бодров оказался пунктуальным и ровно без четверти восемь караулил около моего подъезда. Дорога до дома Корсаковых заняла минут двадцать – они жили в кирпичной новостройке с охраняемой территорией двора. Вместо того чтобы позвонить в домофон, Никита посмотрел на часы, а потом мы оба обернулись, заслышав быстрые легкие шаги по тротуару.
– Богдан! – От переизбытка чувств я чуть не бросилась парню на шею.
– Привет… – отозвался брат Димы глухо.
Встревоженные нотки его голоса моментально вернули с небес на землю.
– А где Митя?
– Лучше тебе не знать… – Покачав головой, он опустил взгляд.
– Ладно. Сейчас самое главное поговорить с Корсаковым. Болтают, что Петрова уже настучала на Димку.
– Как же это все не вовремя. – Богдан устало вздохнул. – Ведь она держалась почти три недели, а потом как по накатанной – немного вина во время ужина, бутылочку пива в честь выходных… Сорвалась на дне рождения собутыльника. Но кто же знал, что мать пойдет в таком состоянии в школу?
– Сделанного уже не вернуть. Сейчас самое главное, чтобы Митьке не поломали жизнь! – Бодров решительно выжал кнопку домофона, и спустя несколько секунд железная дверь раскрылась.
Поднявшись на лифте на пятый этаж, мы оказались около внушительной двери из красного дерева. Никита снова позвонил. На это раз открыли не сразу. В коридоре послышались голоса на повышенных тонах. Мое сердце сжалось от мысли, что у нас ничего не получится.
Наконец Нелли бесшумно открыла дверь, выпорхнув на лестничную клетку. Было непривычно видеть ее в домашнем платье и без привычного идеального макияжа.
– Ребят, сегодня не лучшее время, правда. – Одноклассница с карамельными волосами до плеч смерила нас грустным взглядом.
– Мы хотели поговорить с твоим отцом, – возразил Никита, делая шаг вперед.
От меня не укрылось, с каким интересом он разглядывал стройную фигуру блондинки.
– Увы, он сегодня не в духе. С учениками нашей школы весь год творится какая-то чертовщина! Отец уже прикрывал твою маму в Департаменте, и сегодня ему прилетел выговор. – Нелли покачала головой. – Это все мать Петрова! Подняла бучу из-за того, что Дима треснул ее сыночка! А то, что придурок измывался над его матерью, – ничего!