— Дней десять назад в юрту Шончура нагрянули журналисты. Они готовили фильм о камлании шаманов, и мечтали сделать сенсационный репортаж. Тогда-то мы и узнали, что находимся в глухом, совершенно отрезанном от цивилизации, участке Тайги. Шончур отказался принимать участие в съемках. Он не говорил, однако, всем своим видом дал понять, что не рад незваным гостям. Зато нашему счастью не было предела! Корреспонденты ушли, а несколько дней спустя нас разыскала группа спасателей…
Мы одновременно вздрогнули от резкой трели стационарного телефона.
— Странно. Он звонит раз в пятилетку. — Митя нехотя пересадил меня с колен, поднимая увесистую трубку.
— Алло! Ты можешь говорить помедленнее? Что у вас стряслось?! Не может быть…
Глава 74
Митя недобро рассмеялся.
— Сотовый?! Не уверен, что помню, как им пользоваться. Ладно, отбой.
— Что случилось?
— Богдан сказал, нас разыскивают все, кому не лень.
Поймав его озадаченный взгляд, я потянулась к сумке, сообразив, наконец, проверить мобильный.
— Бог ты мой…
На мерцающем дисплее красовались десятки пропущенных звонков и сообщений, большинство из которых были с незнакомых номеров. В этот миг я пожалела, что вынесла нашу историю на всеобщее обозрение.
— Меня уже третий день донимают телевизионщики. Просто смешно! — процедил любимый сквозь зубы.
— Когда ты вернулся в Москву? — нервно прикусила краешек губы, ощутив крошечный болезненный укол в сердце.
— Вчера утром.
— А выбрался из Тайги?! — я затаила дыхание.
— Дней пять назад.
Против воли внутри что-то предательски съёжилось.
— Сперва нас мучили с расспросами: командир не верил, что мы сумели так долго продержаться в Тайге, потом пришлось пройти медицинское обследование. К сожалению, не все так хорошо, как хотелось бы. Впереди несколько недель лечения. Но это ерунда, я еще легко отделался, а вот Пашу госпитализировали. Врачи борются за его ногу… — Митя вздохнул. — Роза почему ты молчишь?
— Ты ведь мог позвонить…
— Да, но я должен был убедиться.
— В чем? — мой голос дрогнул, как натянутая струна.
— Я знал, что тебе пришлось пережить. Не хотелось снова доставлять неприятности.
— Неприятности…?! — горло обожгло от подступающих слез.
— Ну, я ведь не дурак. Прекрасно понимал — нас давно оплакали и похоронили. Вдруг ты уже перевернула страницу и начала жить с чистого листа?! А тут я, как снег на голову…
— Митя?! — я открыла рот, но тут же его захлопнула, направляясь в комнату, чтобы скорее одеться.
Спалила триллионы нервных клеток, вспоминая о нем даже во сне, а он…
— Роза, постой! Да, постой же ты?! — Воинов дернул меня за запястье. — Я боялся… — Объятия сильных жилистых рук сомкнулись на талии. — Боялся до чертиков.
— Ты боялся?! — зло бросила в ответ. — Ты несколько месяцев жил в непроходимой Тайге, соседствуя с дикими зверями, а тут испугался простого звонка своей девушке? — уставилась на него в немом изумлении.
Митя хмуро свел брови.
— Представляешь, пережить такое дерьмо, и узнать, что ты меня не дождалась… Это пострашнее диких зверей. Это бы меня уничтожило.
Табуны мурашек поднялись по ногам от того, как просто и искренне он это сказал.
— Я каждый день не находила себе места. Все ждала, ждала… Ты мог сократить мои страдания на целых пять дней! — пробормотала, шмыгнув носом.
— Розочка, ну, прости. Когда Богдан скинул ссылку на твой блог и все мне рассказал, я чуть с ума не сошел от счастья. Решил устроить тебе сюрприз! Эффектное появление, так сказать. Теперь понимаю, насколько это было бредово… Мозги отморозил. — Митя стер слезинку с моей щеки. — Давай договоримся, что это последняя?!
— А как же слезы счастья? — потянулась к нему, обвив шею руками.
***
Я проснулась посреди ночи от какого-то сдавленного тихого шороха. Через несколько мгновений глаза привыкли к темноте, и я сообразила, где нахожусь. Сегодня мы с Митей и черноухим Воином ночевали в моей квартире.
Любимый ворочался, бормоча что-то бессвязное. Его дыхание сделалось осиплым, мне даже показалось, он задыхается.
— Митя, все хорошо… Слышишь?! Я здесь. Рядом. — Провела ладонью по влажным спутанным волосам.
Однако вместо ответа из его груди вырвался отчаянный хриплый стон. Он заметался по кровати, напоминая большое раненное животное.
— Пожалуйста, просыпайся. Это всего лишь сон! — осторожно потрясла парня за плечи, стараясь вырвать из паутины кошмара.
— Роза… — Митя резко сел, опуская голову на руки.
Какое-то время он все еще прерывисто дышал, медленно приходя в себя
— Прости, что разбудил, — протянул хрипло.
— Все хорошо. Теперь все будет по-настоящему хорошо. Впереди у нас долгая счастливая жизнь… — прильнула губами к влажному раскалённому лбу, мечтая забрать его боль себе.
— Ж-и-з-н-ь, — прошептал, словно пробуя это слово на вкус.
— ЖИЗНЬ! — вторила ему чересчур громко. — От слова жить: надеяться, чувствовать, любить. И даже падая знать, что тебе непременно помогут родные руки.
— Знаешь, там, в Тайге, я не жил. Скорее ежесекундно боролся с обстоятельствами. Уже и не помню, какого это жить?! Поможешь заново научиться?
