Возвращаясь ночью с дачи подруги, студентка Юля Образцова случайно набрела на труп банкира Крюкова. Конечно, красавица-отличница не смогла пройти мимо подобной несправедливости – убийца несчастного не должен гулять на свободе. И вместе с подругой Катей они взялись за расследование этого дела. Впрочем, о везении девушкам остается лишь мечтать. На первый взгляд никто не желал смерти банкиру – ни его жена, ни его лучший друг Николай, в которого, кстати, Юля влюбилась без памяти. Хотя, возможно, к преступлению каким-то боком причастен недавно объявившийся в их краях кровожадный маньяк, убивающий и расчленяющий, впрочем, преимущественно женщин…
© Малинина М., 2013
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2013
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
Грош цена тому чувству, у которого есть цена.
– Северо-западный ветер – это ветер, который дует с севера на запад?
Подавившись картофельным пюре, я в сильнейшем изумлении пополам с трагическим ужасом уставилась на Пашу Самойлова и, видя его серьезнее некуда выражение лица, только и сумела вымолвить:
– Да, – после чего поспешно пересела на другой конец стола. Мне повезло, что до сего момента прозвучало лишь два тоста, потому как степень тупости Пашиных вопросов росла пропорционально пропущенным через его организм рюмкам. Катька Любимова – моя ближайшая подруга – считает, что данный кадр влюблен в меня девственно-чистой юношеской любовью, оттого и теряется пред моим ликом, не ведает, как поддержать беседу. Отсюда – массовый поток глупостей, например, то, что я услышала сейчас.
А я уверена, что человеку, не имеющему представления о том, откуда дует злополучный северо-западный ветер, рядом со мной делать нечего. Не считайте меня высокомерной: проведя анкетирование знакомых, я получила неопровержимые доказательства того, что Пашина невежественность распространяется не только на меня – на все сто процентов населения планеты. Теперь я даже собираю в блокнотик Пашины избранные высказывания и, тогда как у Задорнова – «задоринки», баловство Самойлова называю «пашнятинки».
Другой конец стола меня тоже не особенно порадовал: моя однокурсница (а годом ранее одноклассница) Таня Грачева налегала на водку, точно мужик, совмещая это деяние с разгорланиванием русских народных песен, в результате чего мои руки что есть мочи прижимались к протестующим ушам, сие, однако, было бесплодным занятием: Таня, следуя давней мечте стать настоящей звездой, старалась изо всех сил. Стремясь спасти барабанные перепонки, я продолжала затыкать себе уши, пытаясь представить грачевскую мечту осуществленной. Какой же звездой она собирается стать? Сириусом, Альдебараном, Вегой, Капеллой? В любом случае с таким-то голосищем явно не эстрадной. Цирковой? Хм, очень даже может быть, особенно если учитывать длинную рыжую косу и манеру одеваться: Таня запросто может напялить к зеленой блузке красные брюки и белые туфельки с кокетливым сиреневым цветочком, в качестве аксессуара захватить с собой синюю сумочку из джинсы, а потом хвастаться мне в перерывах между парами, дескать, она такая красавица, что все на нее по дороге оборачивались. Конечно, в силу природного такта я никогда не решаюсь объяснить ей подлинную причину искреннего любопытства со стороны прохожих.
«Зачем я приперлась на эту вечеринку?» – в который раз подумалось мне. Понимаю, 9 Мая – солидный, истинно патриотический праздник и грех его не отметить, но что делать тем, кто из принципа не употребляет алкоголесодержащие напитки? И теперь, запивая Танькино пение абрикосовым соком, я начала мысленно ругать на чем свет стоит человека, меня сюда притащившего, – лучшую подругу Катю.
Дружим мы с детства, учились в одной школе, а теперь посещаем один институт. Катя старше на год и учится уже на втором курсе, тоже на экономиста. По характеру она смелее меня и общительней, поэтому любит подобного рода сборища. Ее девиз – «если за сегодняшний день ничего стоящего не произошло, можно смело вычеркнуть этот день из жизни». И ведет она себя соответствующе, придумывая сама себе приключения. На сегодня список развлечений таков: отмечать День Победы в деревне Березовке, что совсем рядом от города, где мы живем, в доме, принадлежащем по праву ее бабушке, до того момента, пока каждая тарелка не ознакомится с чьим-нибудь лицом, стол не отведает чьего-либо стриптиза, а деревянный пол – всеобщей ламбады. Причем отмечать следует вкупе с этой самой бабушкой, глядя на которую в настоящий момент я понимала, в кого уродилась подруга.
