– Вполне вероятно, что затвердевшее красное вещество внутри шарика действительно кровь, и тогда это чудо. Мы сможем узнать о жизни этого человека практически все – его возраст, его биологические особенности. Если удастся «разговорить» его ДНК, у него не останется от нас секретов. Теперь нужно спрятать находку в надежном месте и проанализировать содержимое в специализированной лаборатории.
– Кому ты хочешь это поручить? – поинтересовался я.
Кейра бросила на меня взгляд, не оставлявший ни малейших сомнений насчет ее намерений.
– Даже не думай! – выпалил я, не дав ей раскрыть рта. – Это даже не обсуждается.
– Эдриен, я не могу поручить это Эрику, а если снова брошу свою команду, они мне не простят.
– Я плевать хотел на твоих коллег и твои исследования, на этот скелет и даже на шар! Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы никогда этого тебе не простил! Я не уеду отсюда без тебя даже ради наиважнейшего научного открытия на свете.
– Прошу тебя, Эдриен!
– Слушай внимательно, Кейра, мне очень непросто говорить то, что я собираюсь сказать, и повторять я не буду. Большую часть жизни я наблюдал за галактиками, искал мельчайшие следы первых мгновений жизни Вселенной. Я считал себя лучшим в своей области, самым передовым, самым дерзким всезнайкой и гордился этим. Думая, что потерял тебя, я ночи напролет смотрел на небо и не мог вспомнить названия ни одной звезды. Мне плевать, сколько этому скелету лет, плевать, что он нам расскажет о человеческом виде. Если тебя не станет, мне будет все равно, сколько ему лет – сто или четыреста миллионов.
Альваро, о чьем присутствии я напрочь забыл, деликатно кашлянул:
– Не хочу встревать, но после находки, которую ты нам подарила, можешь вернуться через полгода и заставить нас бегать в мешках вокруг Мачу-Пикчу – держу пари, все согласятся, и я охотней всех.
Кейра смотрела на кости в раскопе, и я чувствовал, что она колеблется.
– Матерь Божья! – вскричал Альваро. – Неужели после того, что сказал тебе этот мужчина, ты предпочтешь проводить ночи со скелетом? Убирайся и возвращайся поскорее: мне не терпится узнать, что находится внутри волшебного шарика!
Кейра протянула мне руку, чтобы я помог ей выбраться из захоронения, и поблагодарила Альваро.
– Вали отсюда, кому сказали! Попроси Нормана отвезти тебя в Джинку, можешь ему доверять, он умеет держать язык за зубами. Остальным я все объясню, как только вы исчезнете.
Пока я собирал вещи, Кейра отправилась поговорить с Норманом. На наше счастье, другие члены группы ушли купаться. Мы прошли лесом и увидели, что у джипа нас ждет Гарри. Мальчик стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на нас.
– Снова хотела уехать не попрощавшись? – поинтересовался он, смерив Кейру укоризненным взглядом.
– На этот раз я вернусь скоро, через несколько недель.
– На этот раз я не буду ждать тебя в Джинке, потому что ты не вернешься, я знаю, – ответил Гарри.
– Обещаю, все будет совсем иначе, Гарри, я никогда тебя не покину, а в следующий раз возьму с собой.
– Мне нечего делать в твоей стране. Ты ведь ищешь мертвых и должна была бы знать, что мое место там, где похоронены мои настоящие родители, моя земля здесь. А теперь уходи.
Кейра подошла к Гарри:
– Ты меня ненавидишь?
– Нет, но мне грустно, а я не хочу, чтобы ты видела, как я грущу, вот и уходи.
– Мне тоже грустно, Гарри. Я вернулась один раз – вернусь и во второй, не сомневайся.
– Ладно, тогда я, может, и отправлюсь в Джинку, только не знаю когда.
– Поцелуешь меня?
– В губы?
– Нет, Гарри, не в губы, – рассмеялась Кейра.
– Я уже слишком старый для поцелуйчиков, но хочу, чтобы ты меня обняла.
Кейра раскрыла ему объятия, поцеловала в лоб, мальчик побежал к лесу и ни разу не обернулся.
– Если обойдется без сюрпризов, – сказал Норман, – мы будем в Джинке до прилета почтового самолета. Я знаю пилота, он возьмет вас на борт и доставит в Аддис-Абебу, а оттуда вы прямым рейсом улетите в Париж. В крайнем случае полетите через Франкфурт.
Самолет выруливал на дорожку, и я повернулся к Кейре, чтобы задать мучивший меня вопрос:
– Что бы ты стала делать, не заступись за меня Альваро?
– Почему ты спрашиваешь?
– Потому что видел, как ты переводила взгляд со скелета на меня, и спрашивал себя, кто из нас двоих тебе нравится больше.
– Я здесь – думаю, это ответ на твой вопрос.
– Угу, – промычал я и обернулся, чтобы взглянуть на дорогу.
– Что это за «угу»?.. Ты что, сомневался?
– Нет, конечно нет.
– Если бы Альваро не был так красноречив, я бы, наверное, осталась на раскопе, но уже через десять минут после твоего отъезда умоляла бы кого-нибудь посадить меня в джип и броситься за тобой в погоню. Теперь доволен?
