Уолтер повесил трубку. Я разбудил Кейру, она мгновенно натянула джинсы и свитер и ждала на улице, пока я закрывал окна. Мы добрались до Хаммерсмит-Гроув около семи. Пуэнкарно ходил по пустому холлу, с трудом скрывая нетерпение.
– Не очень-то вы торопились, – буркнул он. – Нам нужно поговорить, пойдемте в мой кабинет.
Он усадил нас напротив белой стены, задернул шторы, погасил свет и включил проектор.
Изображение на первом слайде напоминало компанию пауков в паутине.
– То, что я увидел, граничит с абсурдом. Хочу знать, что это – наглый подлог или розыгрыш весьма дурного толка. Я согласился встретиться с вами сегодня утром, приняв во внимание ваши научные заслуги и рекомендации Королевской Академии, но случившееся переходит все границы, и я не стану рисковать репутацией, доверяясь двум мошенникам, которые вынуждают меня попусту тратить время.
Мы с Кейрой никак не могли взять в толк, отчего доктор так разгорячился.
– Что вы обнаружили? – спросила Кейра.
– Прежде чем я отвечу, расскажите, где и при каких обстоятельствах вы нашли этот шарик из окаменевшей смолы.
– В захоронении, на севере долины Омо. Он лежал на груди окаменелого человеческого скелета.
– Быть не может, вы лжете!
– Послушайте, доктор, мое время не менее драгоценно, чем ваше, хотите считать нас мошенниками – воля ваша! Эдриен – уважаемый астрофизик, у меня тоже есть кое-какие заслуги. Скажите же наконец, в чем вы нас обвиняете?
– Знаете, мадемуазель, даже если вы украсите все стены моего кабинета вашими дипломами, это ничего не изменит. Что вы видите? – спросил он, демонстрируя нам следующий диапозитив.
– Митохондрии и нити ДНК.
– Именно так.
– И в чем проблема? – вмешался я.
– Двадцать лет назад нам удалось извлечь и проанализировать ДНК застывшего в янтаре жука-долгоносика. Насекомое нашли в Ливане, в районе Джеззина. Окаменевшая смола сберегла его в целости и сохранности. Мы определили возраст того жука: сто тридцать миллионов лет. Думаю, вы представляете, как много мы узнали, изучая сложный живой организм, и по сей день считающийся древнейшей находкой.
– Рад за вас, но какое отношение это имеет к нам?
– Эдриен прав, – вмешался Уолтер, – я по-прежнему не понимаю, в чем проблема.
– А проблема, господа, заключается в том, что ДНК, анализ которой вы попросили сделать, в три раза древнее. Таков, во всяком случае, результат спектроскопии. Этой ДНК четыреста миллионов лет! – сухо пояснил Пуэнкарно.
– Фантастическое открытие! – воскликнул я.
– Несколько часов назад мы были того же мнения, хотя кое-кто из моих коллег проявлял скептицизм. Взгляните на третий слайд: идеальное состояние запечатленных на нем митохондрий вызывает определенные вопросы. Ладно, допустим, что особая смола, состав которой мы пока так и не идентифицировали, все это время защищала митохондрии, хотя лично я в этом сильно сомневаюсь. Теперь взгляните на следующий слайд – это сделанное под электронным микроскопом увеличение предыдущего снимка. Подойдите к стене, не хочу, чтобы вы что-нибудь упустили.
Мы подчинились.
– Итак, что вы видите? – спросил Пуэнкарно.
– Это хромосома Х, первый человек был женщиной! – воскликнула потрясенная Кейра.
– Конечно, найденный вами скелет – женский, а не мужской, однако не думайте, что в бешенство меня привело именно это обстоятельство, я не женоненавистник.
– Не могу поверить, – шепнула Кейра, не в силах сдержать счастливую улыбку. – Ева родилась прежде Адама. Фантастика!
– Мужскому эго будет нанесен сокрушительный удар, – хмыкнул я.
– Мне нравится ваше чувство юмора, – продолжил Пуэнкарно. – Дальше будет еще забавней! Вглядитесь повнимательней и скажите, что вы видите.
– У меня нет настроения играть в угадайку, доктор, ваше открытие просто ошеломительно, для меня оно венчает десять лет упорного труда и самопожертвования. Так скажите наконец, что вас так разозлило, это сэкономит время всем нам – мне показалось, что свое вы цените весьма высоко.
– Вы правы, мадемуазель. Ваше открытие было бы воистину невероятным, существуй в эволюции возвратный принцип, но вам не хуже моего известно требование природы: она хочет, чтобы человек прогрессировал, а не давал задний ход. Между тем хромосомы, на которые вы смотрите, во много крат совершеннее ваших и моих!
– И моих тоже? – поинтересовался Уолтер.
– Они совершеннее хромосом всех живущих сегодня на земном шаре людей.
– Смелое утверждение! И на чем же оно основано? – продолжил допрос Уолтер.
– На маленькой частице, которую мы называем аллелем. Это различные формы одного и того же гена, расположенные в одинаковых участках гомологичных, или парных, хромосом. Вот эти были генетически модифицированы, и я сомневаюсь, что подобная операция могла быть сделана четыреста миллионов лет назад. А теперь объясните, как и зачем вы устроили все это грандиозное надувательство? Или мне обратиться напрямую в административный совет Академии?
Потрясенная Кейра опустилась на стул.
– Но с какой целью были модифицированы эти хромосомы? – спросил я.
