– Не знаю, Кейра, но если ты спросишь, считаю ли я подобный сценарий возможным, отвечу «да». Хочешь знать, насколько он вероятен? Исходя из найденных нами свидетельств, вполне вероятен. Как в любом расследовании или исследовательском проекте, необходима гипотеза. Со времен Античности самые великие открытия совершали те, кто решался взглянуть на вещи под другим углом. В колледже преподаватель естествознания говорил нам: «Чтобы сделать открытие, необходимо выйти за рамки собственной системы. Изнутри много не разглядишь, а того, что происходит снаружи, – уж точно». Будь мы свободны и опубликуй подобные выводы, подкрепив их полученными доказательствами, реакция была бы более чем разнообразной – от интереса до недоверия, не говоря уж о том, что ревнивые ученые собратья наверняка обвинили бы нас в ереси. А ведь многие люди веруют, Кейра, они верят в Бога, не имея ни малейшего доказательства его существования. То, что открыли нам фрагменты камня, найденные близ Дипы кости и невероятные результаты анализа ДНК, заставляет задать множество вопросов на тему зарождения жизни на Земле.
– Я хочу пить, Эдриен.
– Я тоже.
– Думаешь, они дадут нам вот так умереть?
– Не знаю, но эта история начинает мне надоедать.
– Кажется, смерть от жажды ужасно мучительна: без воды язык через какое-то время распухает, и человек задыхается.
– Не думай об этом.
– Ты сожалеешь?
– О том, что мы заперты здесь, – конечно, но ни об одном мгновении, проведенном с тобой.
– Кажется, я ее все-таки отыскала, бабушку человечества, – вздохнула Кейра.
– Можешь считать, что нашла его прапрабабушку, с чем я тебя, кстати, еще не поздравил.
– Я люблю тебя, Эдриен.
Я крепко обнял Кейру, нашел в темноте ее губы и поцеловал. Мы слабели с каждым часом.
– Уолтер, должно быть, беспокоится.
– Он привык к нашим исчезновениям.
– Мы всегда его предупреждали об отлучках.
– На сей раз он, возможно, встревожится всерьез.
– Не он один, поскольку наши поиски не будут тщетны, – прошептала Кейра. – Пуэнкарно продолжит работать с ДНК, моя команда привезет скелет Евы.
– Ты правда хочешь так ее окрестить?
– Нет, я собиралась назвать ее Жанной. Уолтер спрятал фрагменты в надежном месте, команда Амстердамского свободного университета изучит запись. Айвори проложил путь, мы на него вступили, другие продолжат… без нас. Рано или поздно общими усилиями они сложат все элементы мозаики в единое целое.
Кейра замолчала.
– Ну же, продолжай.
– Я так устала, Эдриен…
– Не засыпай, борись.
– А зачем?
В ее словах была доля истины: смерть во сне – легкий конец.
Когда лампа на потолке снова зажглась, я успел утратить всякое представление о времени и не смог бы сказать, как долго мы были без сознания. Глаза с трудом привыкали к свету.
Перед дверью стояли две бутылки воды, на полу лежали шоколадки и печенье.
Я растолкал Кейру, смочил ей губы и принялся качать на руках, умоляя открыть глаза.
– Ты приготовил завтрак? – прошептала она.
– Вроде того, только не пей слишком быстро.
Утолив жажду, Кейра набросилась на шоколад. Мы съели печенье и слегка взбодрились, на ее лицо вернулись краски.
– По-твоему, они передумали? – спросила она.
– Мне известно не больше твоего, так что давай подождем.
Дверь открылась. Первыми вошли двое в капюшонах, за ними следовал мужчина в безупречно сшитом твидовом костюме, не посчитавший нужным прятать лицо.
– Поднимайтесь и следуйте за нами, – скомандовал он.
Мы вышли из камеры и оказались в длинном коридоре.
– Там душ, – указал мужчина, – приведите себя в порядок, вы в этом нуждаетесь. Когда будете готовы, мои люди проводят вас ко мне в кабинет.
– Могу я узнать, с кем мы имеем честь разговаривать? – поинтересовался я.
– Мне нравится ваша дерзость, – ответил он. – Я Эдвард Эштон. До скорого.
Мы обрели почти пристойный вид, и подручные Эштона повели нас по его роскошному загородному владению. Оказалось, что нас держали в подвале здания рядом с большой оранжереей. Мы прошли ухоженным садом, поднялись по ступенькам крыльца и оказались в огромной гостиной со стенами, обшитыми деревянными панелями.
Сэр Эштон ждал нас, сидя за бюро.
– Вы причинили мне немало хлопот, – бросил он.
– Взаимно, – ответила Кейра.
– Вижу, с чувством юмора у вас тоже все в порядке.
– Я не нахожу ничего смешного в том, что́ вы заставили нас пережить.
– Вините за это только себя, вас неоднократно предупреждали, но вы не отступались и не желали прекращать поиски.
– С какой стати нам было что-то прекращать? – возмутился я.
– Если бы решение принимал я, вы бы тут не стояли и не задавали мне вопросов, но это – увы! – не так.
Сэр Эштон встал, обошел стол, нажал на кнопку, резные деревянные панели на стенах раздвинулись, и пятнадцать экранов словно по волшебству синхронно зажглись. На одном из них я увидел нашего амстердамского знакомца. Мужчины и женщина представлялись по очереди: Афины, Берлин, Бостон, Стамбул, Каир, Мадрид, Москва, Нью-Дели, Париж, Пекин, Рим, Рио, Тель-Авив, Токио.
– Кто вы такие? – спросила Кейра.
– Официальные представители наших стран, мы занимаемся вашим досье.
– Что за досье? – вмешался я.
