– Э-э, дядя… – парень не то что угрозу всерьёз принял, но всё-таки отступил на шаг.
– Уж точно не тётя, – согласился Нейрор. – Но это только начало воспитательной программы. Будет ещё и домашнее задание. Хорошенько подумать, как ты, поганец, станешь жить, если у твоей матери руки-ноги откажут. Или она вовсе, не дай Близнецы, на тот свет отправится.
– Да иди ты со своими… – пробухтел «поганец», но развить свою мысль не успел.
Зря Кассел боялась, будто Март с его ранениями с юношей не справится. Справился и очень это у Нейрора ловко получилось. Он вроде бы лишь руку, от палки свободную, поднял. А пацан уже скрючился, едва в колени себе не тычась, поскуливая тоненько и жалобно. И слезы у него градом хлынули. Хотя, наверное, выломанное, словно крыло плечо, задранная по лопатки конечность и совершенно неестественным образом вывернутая кисть – это по-настоящему больно.
– Я не спорю, детям нужно объяснять про доброе и вечное, – пояснил Дире седой. – Но всё, что своей шкуры касается, доходит быстрее. А про гуманизм и любовь потом растолкуем. Мы отлучимся на минутку.
Отрок, кажется, пытался что-то сказать: то ли оправдывался, то ли пробовал объяснить, что ему нейроровские методы не нравятся, то ли рассказывал о моральном облике Марта, но «в кустики» шёл послушно.
А потом заросли сирени затрещали, заходили ходуном, словно в них лось что-то особо зажигательное отплясывал. И визжали в них звонко, по-поросячьи. А шлепки раздавались сочные, с оттягом.
Кассел только стояла и нервно улыбалась мимо проходящим, с любопытством на кусты посматривающим. К её невероятному счастью прохожих не так много было – всё-таки дело к ночи шло.
Зато на экскурсию юноша, на ходу ловящий сползающие с тощего зада штаны, ремня лишённые, пошёл без возражений. Только от прихрамывающего Марта старался подальше держаться.
***
– Может, всё-таки в ресторан? – предложил Нейрор, галантно придержав перед Кассел входную дверь.
– Нет, вот в ресторан я точно сегодня не поеду, – отрицательно мотнула головой Дира.
– А куда поедешь? – усмехнулся Март. – Просто твой ответ альтернативу подразумевает.
– Домой! – огрызнулась доктор, ни с того ни с сего смутившись. – Отдыхать в своей постели и в гордом одиночестве.
– Ну, домой, так домой, – не стал спорить седой. – Я тебя подвезу. И нет, сам за управление садиться не собираюсь. У меня водитель, да и экипаж служебный. Поэтому заботиться, что ящер лапы сотрёт, не стоит.
– Я только одного не поняла: это предложение или приказ?
– Констатация факта, – спокойно сообщил Март. – Если твоего мнения по каждой мелочи спрашивать, то состариться успеешь, пока до результата доберёшься.
– До какого результата? – не поняла Кассел.
– А там посмотрим, – Нейрор взял хирурга под руку, потянул вперёд. – Пойдём, что ли? Мы же вроде как гуляем, раз уж от ресторана ты категорически отказываешься.
– И куда мы гуляем? – поинтересовалась Дира, только сейчас заметив, что свернули они не к воротам, а, почему-то в парк.
– Просто так гуляем, – безмятежно отозвался Март. – Мне доктор посоветовал расхаживаться. И чтоб сразу скучную часть пропустить: в больницу я за выпиской заскочил. Вечером заехал, так как из-под вашего надзора я тогда просто сбежал. Потому днём бы мне никто никакой выписки не дал. А так, без лишних свидетелей, передал доктору скромный презент и получил документы. И приглашение заглядывать почаще. Правда, без этого я, пожалуй, обойдусь.
– Ну и зачем ты мне это рассказал?
– Так всё равно б спросила, – пожал плечами Нейрор. – И, кстати, о неизбежных вопросах. Сорок один год, в разводе, детей нет. По профессии хирург, специализация военно-полевая хирургия.
– Нет такой специализации.
– Специализации нет, а работа есть. Правда, сейчас занимаюсь больше бумажной волокитой. Так что, поедем в ресторан?
– Не поедем, – отрезала Дира останавливаясь. Но ладони с его руки не убрала. – Ты мне стрихнина в суп подсыпать, что ли, мечтаешь? Или тебя жующие женщины… привлекают? Или скажи, откуда ты взял министерское письмо с моим допуском.
– Версии с почтовыми голубями, случайной находкой и просьбой передать, раз уж к тебе еду, не подойдут?
– Нет.
– Тогда в министерстве и взял, – невозмутимо ответил Март и снова Кассел вперёд потянул. Но доктор упёрлась и двигаться отказалась. – Что ж ты занудная-то такая? – вздохнул седой. – Я же правду говорю!
– Вот просто так зашёл в кабинет к министру и сказал: «Господин Ван’Кроссель, у вас тут письмишко для доктора Кассел лежит, дайте-ка его мне». Так всё было?
– Не совсем, – Март повертел в руках трость, разглядывая ручку, будто впервые её видел. – Скорее, это звучало так: «Рен, дружище, заканчивай дурью маяться. Сам знаешь, что девчонка не при чём». И нет, никаких спасательных акций не было. Твой вопрос решили между вторым бокалом коньяка и обсуждением дефицита в подразделении транспорта.
– В каком подразделении?
– В моём, – поморщился Нейрор, поскрёб ногтём возле уха. – В смысле, подразделение ЧС, медслужбу которого я возглавляю. Обидеться, что ли? Я уже раз двадцать представлялся, а ты всё никак запомнить не можешь.
