Следует признать, что в начале двадцатого века Бавария была домом для некоторого существенного низкоуровневого старомодного католического и протестантского антисемитизма. Более того, современный расистский антисемитизм также начал поднимать свою безобразную голову в некоторых слоях баварского общества. Однако, как стало ясно, например, из статьи, написанной Фридолином Золледером об истории взаимодействия евреев и христиан в Нижней Франконии, опубликованной в 1913 году, расистский антисемитизм всё ещё находился на периферии баварского общества. Золледер заявлял, что многие евреи Нижней Франконии обладали негативными чертами в средние и в начале современных веков, включая алчность и часто двуличность. Однако эти особенности, утверждал он, были результатом дискриминации, которой подвергались евреи, отношения к ним, как к иностранцам в их собственной стране. Свои наиболее отрицательные слова Золледер оставил для тех христиан, которые преследовали евреев. Он в подробностях излагал, как "толпа" убивала "еврейских мучеников" во время крестовых походов и как "ослеплённая и обезумевшая публика" обратилась к убийствам во времена эпидемии чумы, "Чёрной Смерти". Между тем, он прославляет тех, кто действовал в качестве "могущественных покровителей евреев" и подрывал антиеврейскую политику. Он утверждал, что проблемы, существовавшие на протяжении столетий, были успешно разрешены посредством процесса ассимиляции евреев в немецкую жизнь. Девятнадцатый век, "время великих освободительных движений", заключал он, принёс "эмансипацию и гражданское равенство" евреев, что позволило им, со всеми присущими им талантами, внести свой плодотворный вклад в торговлю и в профессии.
В целом дела для евреев Баварии и в самом деле продвигались в правильном направлении. Евреи Германии гордились тем, что были наиболее ассимилированными и успешными евреями в мире. Как символ уверенности в себе и гордости еврейская община Мюнхена воздвигла великолепную синагогу в центре Мюнхена, открытую в 1887 году и бывшую третьим из крупнейших еврейских храмов в Германии.
В противоположность к долго существовавшему убеждению, в Германском Рейхе у немецких евреев было столь же много карьерных возможностей в профессиях, равно как и в общественной жизни, как и у их британских соплеменников за Ла-Маншем. Одной из общественных областей, в которую евреи смогли прорваться только на время, была прусская армия. Значительное число евреев стало офицерами в прусской армии во время Франко-Прусской войны. Однако между 1885 и 1914 годами ни один человек из исповедавших иудаизм не был произведён в офицерский чин (хотя 300 перешедших в христианство евреев стали офицерами, включая, по крайней мере, одного генерала). В то же время во Франции к 1910 году среди офицеров было 720 евреев. Тем не менее, этот сильный франко-прусский контраст, возможно, не может объяснить то, что потом случится с евреями Германии в Третьем Рейхе. Ситуация с евреями в довоенной армии Баварии – другими словами, в армии, в которой будет служить Гитлер и которая предположительно "сделала" Гитлера, – и в армии и флоте Британии была, в сущности, одинаковой. Благодаря своему относительно прогрессивному и просвещённому политическому классу Бавария – вместе с другими государствами Южной Германии – в целом предоставляла евреям даже больше возможностей, чем остальной Рейх. В отличие от прусской армии, в баварской армии продолжали существовать практикующие иудеи-офицеры вплоть до 1914 года. В 1909 году в баварской армии было 88 офицеров-иудеев, в то время как в 1910 году общее число для гораздо больших вооружённых сил Британии (т.е. Королевский флот, регулярная армия, милиция, территориальные вооружённые силы и добровольцы, а также офицеры запаса) составляло 182 человека.
В принципе в Германии реформистские и светские евреи в городских, протестантских регионах были наиболее интегрированы. Однако ортодоксальные евреи в католических сельских регионах, которые станут служить в воинских частях, таких как полк Листа, бросали вызов этому принципу. В 1800 году в Ихенхаузене был больший процент евреев среди населения, чем в Иерусалиме; к 1900 году в Ихенхаузене всё ещё было относительно больше еврейского населения, чем в Нью-Йорке. Евреи имели большое представительство в местном собрании, в важных постах в местных клубах и обществах и даже в ассоциации ветеранов Франко-Прусской войны. В 1913 году город даже присвоил звание почётного гражданина председателю еврейской общины. В начале войны католический священник и еврейский раввин вместе ходили от двери к двери, собирая деньги для солдат. Случай Ихенхаузена возможно был крайним примером. Однако он был крайним, но не нетипичным примером. После начал войны масса евреев была среди наиболее пламенных сторонников военных усилий Германии.
***