Привычно развернувшись они составили круг, внутри которого стали появляться тысячи шатров. Со своими улицами и площадями внутри. В самом центре в лучах заходящего солнца блистал золотом целый дворец, составленный из нескольких шатров. Этот город, выросший на наших глазах, поражал воображение. Но для всех нас он был абсолютно чуждым, непривычным и враждебным. А завтра бой. Всегда интересовался схемами сражений. Всегда — это с детства, когда в мои руки попала «Книга будущих командиров». В первом издании были очень неплохие рисунки и схемы сражений. Много позже я собрал целую коллекцию более серьёзных книг с картами и схемами битв. Даже сам что-то такое рисовал и разыгрывал. Ну и компьютерные игры на эту тему не пропускал. Да и здесь я ни одну войну не проиграл. Но ощущение неуверенности не проходило. Противника я не знал. Как и то, на что способно войско союзников. Как бы не повторить битву на Калке. В смысле по последствиям. Бак моё состояние уловил сразу.
— Рапи, мы должны победить. Иначе нас растопчут копытами, как старую империю на севере.
— Потому и дрожу, цена поражения слишком высока. И от меня уже мало что зависит.
— Я видел, на что ты способен. Время позднее, давай спать.
Рано утром со стороны кочевников прискакал воин, держа над головой копьё с двумя конскими хвостами — знаком переговоров. Шатёр ставить не стали, просто разожгли костёр (они огнепоклонники, хотя верят и в других богов) и разложили циновки. Пошли я, тигр и Бак. С их стороны тоже село три мужика в кожаной броне. Похоже, отец и два сына.
— Властитель земель и глава Дома Тигра слушают вас, — торжественно провозгласил Бак.
— Я великий Кхан народа Белого Жеребца. Топот копыт моих лошадей долетает до неба. От пыли, которая поднимается когда мой народ идёт по степи, чихают боги. Справа от меня сидит мой старший сын, кхан конного войска, сметающего любого с моего пути. Слева младший, кхан пеших воинов, готовых по моему приказу идти на край света. Мы неустрашимы и непобедимы. Ваше царство должно покориться мне иначе я его просто растопчу. Тот, кто поклонится мне, останется жив. Признайте меня господином и станете моими слугами!
— Я, Властитель Восточных земель, вижу тебя и твоё войско первый раз, Кхан. Давай сразимся и посмотрим, так ли ты силён, как хвастлив!
— Ты будешь лизать под хвостом моего коня!
— Вот об этом я и говорил. Много пустых слов и нет дела. По настоящему великий правитель не опускается до восхваления себя и угроз.
И мы разошлись под их крики и наше молчание.
— Железа нет ни на ком. Броня кожаная, добротная. И мылись они последний раз никогда, — негромко сказал Бак, когда мы отошли от них на тридцать шагов.
— Железа и у нас немного, — вздохнул тигр, — да и бронза только на половине войска. Но они тянут время. Похоже, они растянулись по дороге дня на два.
— Будем ждать, — отозвался я, — Змеи и жабы в пяти днях отсюда, а это девять тысяч войска. Но они идут всё медленнее. То ли устали, то ли не торопятся. А Кхан идёт вместе со всем народом. Женщины и дети тоже с ним. Похоже, его вытеснили из земель старой империи и возвращаться ему некуда. Кстати, в Доме Лиса есть место для кочевников?
— Там мало леса и много травы. Властитель, ты хочешь…
— Подождём конца битвы. Но такой союзник сделал бы нас непобедимыми.
Мы стояли друг напротив друга ещё два дня. Змеи и жабы уже были в трёх днях пути. Но тут кочевники решились. Конница разделилась на четыре отряда и застыла. И на нас ринулась пехота. Бежали они с диким криком. И луки были у каждого второго. Стрелы застучали по ростовым щитам, по наспех сделанным из брёвен укреплениям, по защищённым помостам с лучниками. Ответный залп показал, что их доспехи от наших стрел не защищают. Вслед за пехотой шли люди с какими то странными колотушками на длинных ручках. И только увидев, как они бьют ими по земле, я понял — хана нашим колышкам. Пехота громко кричала, пряталась за щитами от наших лучников, размахивала оружием, но в бой не вступала. Ну да, сейчас эти «сапёры» сделают проходы и в атаку пойдёт конница. Неплохо придумано. И вот уже конные отряды начали набирать разбег. Слегка прореженная пехота переместилась в промежутки между ними и тоже рванула к нашему строю. Но мощного удара не получилось. Лошади падали в ямы, на дне которых вздымались острые колья, тормозили перед укреплениями из земли и стволов деревьев, налетали на длинные копья, валились наземь под залпами стрел. Подбежавшая пехота орудовала короткими копьями, уступающими в длине нашим и потому бесполезными на этой стадии боя.
— Кони отходят, — сплюнул Бак.
Главный конь нехорошо посмотрел на Бака и что то крикнул своему гонцу. Тот пустил своего коня в галоп и буквально полетел на правый фланг.
— Если начнём отступать после первого же натиска, — ни к кому не обращаясь сказал я, — то лучше сразу принять их условия.
