После грубых слов главы гильдии злость вспыхнула внутри Петра Эммануиловича, и он дернул Карла за рукав. Парень повернул голову. От ранее неунывающего и отзывчивого человека ничего не осталось. Их взгляды пересеклись, и парень отвернулся, опустив глаза в пол. Старик понял, не время для подвигов, и остыл. Его отвага, доблесть и геройство могли усугубить ситуацию. «Сильвия сильная и сможет постоять за себя», — сказал себе Петр Эммануилович и покорно принял роль наблюдателя.
Сильвия нахмурилась и одернула голову в сторону.
— Нет? — перебил Джок-жон, не дав девушке ответить. — Тогда ты и твои друзья станут подопытными кроликами. Они все умрут в мучениях, а ты рано или поздно расколешься. Думай хорошо над ответом.
Петр Эммануилович осознал, от него абсолютно ничего не зависит. Его жизнь, он сам находились в руках других людей, что решали дальнейшую судьбу немощного старика прямо сейчас.
Не смотря на предупреждение главы гильдии призванных о последствиях отказа Сильвия открыла рот и прошипела два слова:
— Пошел ты.
Петра Эммануиловича охватило отчаяние и кошмарные воспоминания о пережитом ритуале. «Чтобы что-то подобное вновь…», — старик не верил, что Сильвия обрекла его смерть и мучения.
— Старая упертая дрянь, — отмахнулся Джок-жон и направился обратно в бассейн. — В камеру их и на пытки по одному, — небрежно бросил он Михе.
— Постойте, Джок-жон, — заговорил Март. — Может у вас есть нерешенные дела с Сильвией, но сотрудничать несогласна только она. Остальные… — Карл одернул парня, и он остановился.
Джок-жон немного постоял в раздумьях и развернулся.
— И кто же наш смельчак? — с неподдельным интересом вопросил глава гильдии, подходя к остальным пленникам. — Ты решил поучать? Меня?
— Он лишь заботиться о товарищах, — ответил за Марта Карл. — И, знаю, Сильвия никогда вам этого не скажет, но пересекли мы границу по очень весомым причинам. Сопротивление готовит…
— Смельчак и дезертир, — оборвал речь парня Джок-жон. — А я тебя помню, — он подошел в плотную к Карлу и рядом стоящем Марту. — Ты занимал у нас довольно высокую должность, но затем просто испарился и воткнул нам нож в спину, начал убивать разведчиков в северных землях и пресекать наши вылазки.
— Сейчас не до старых распрей. Сопротивление, кхх… — Карл с разрезанным горлом упал на пол и начал захлебываться собственной кровью.
Две шеренги солдат по команде Михи ровным строем вошли в помещение, чтобы пресечь возможные попытки ответного нападения на главу или побега. Сильвия бросилась к раненому парню. К счастью, его организм приступил к лечению повреждений. Март отступил, догадываясь, что следующим будет он. Его осторожность не принесла результата. Молниеносный удар Джок-жона пробил Марту грудную клетку и отправил его тело в полет. Столкнувшись с солдатом, парень упал на пол как кусок безжизненного мяса, но через пару секунд постепенно начал приходить в норму.
Петр Эммануилович от страха перед смертью впал в ступор. Старик не обладал такой скоростью самовосстановления, и раскройся сейчас его уникальность, все могло стать только хуже.
— Сопротивление меня не волнует, они никогда не доставляли нам проблем в отличие от вас, — сказал Джок-жон и отряхнул руки от крови. — Исполняй, — добавил он, посмотрев на Миху.
Солдаты подняли раненных пленников и направились к выходу из банного комплекса. Петр Эммануилович, боясь оказаться на их месте, беспрекословно повиновался и прошел следом. Сильвия и Сюзанна без возражений сделали также.
— Если вздумаете сопротивляться или попытаетесь сбежать, то сразу говорю — бесполезно, — предупредил Миха, проходя мимо.
Теплый водяной пар исчез, кожа в холодных и темных коридорах быстро остыла. Пленники в сопровождении строя солдат вновь преодолевали пустые и темные пространства башни. Карл и Март через пару минут полностью восстановились и встали на ноги. Повороты и развилки пролетали друг за другом, пока вперед не появился лифт.
— Чертов псих, — выпалил Карл, потирая шею. — Неужели без этого нельзя?!
— Заходи и не болтай языком, — Миха толкнул парня вперед. — Вы в полной заднице ребята, а все по вине вашей подруги.
— С тебя все началось, — не согласился Карл. — Мы же хотели по-хорошему.
Миха промолчал, предпочитая не продолжать разговор. Звук шестерней разбавил наступающую тишину и привел механизм спуска в действие. Лифт устремился на многие этажи вниз. Петр Эммануилович старался держать себя в руках. «Мы что-нибудь придумаем», — тешил он себя хорошими мыслями, пока Сильвия, Сюзанна и Март угрюмо молчали.
— Дурочка, закопала себя и друзей, — заговорил Миха по прибытии на самый нижний этаж. — Могла хотя бы для вида согласится и выиграть время.
— Я не имею дел с убийцами, — спокойно ответила Сильвия. — Вы бесчестные и лживые твари.
— Мы никогда не понимали друг друга, — с печалью в голосе проговорил Миха и первым вышел из лифта. — Сделаю для вас исключение и запихну всех в одну камеру, чтобы было не скучно.
