Хотя вопрос адресовался не лично ей, Линден выпрямилась и ответила:
— Нет.
— А значит… — Глаза Красавчика блеснули.
— А значит, за всем этим стоит Касрейн, — отчеканила она — Он вездесущ, он держит под контролем всех. Даже Рант Абсолиан не осознает этого полностью. Это кемпер внушил гаддхи, что делать. Это он приказал ему убить Хигрома. Но он не хотел, чтобы мы догадались о его роли в этом деле. Он хотел, чтобы мы боялись Ранта Абсолиана, а не его. Один раз он уже добрался до Ковенанта, но потерпел неудачу. Но обязательно сделает ещё одну попытку. Может, он надеется, что мы побежим к нему искать защиты от гаддхи.
— Надо сматываться, — повторил капитан. Линден обернулась к Первой:
— У меня появилась идея. А что если мы пойдём к Ранту Абсолиану и попросим у него разрешения на отъезд?
— Ты думаешь, он нас отпустит? — сощурилась Великанша.
Линден пожала плечами:
— Попытка — не пытка.
Первая кивнула: она уже приняла решение. Присутствие Красавчика приободрило её, она снова стала самой собой. Она быстро прошла по коридору и крикнула первому же стражу:
— Найди кайтиффина Раера Криста и немедленно приведи сюда!
Линден подавила вздох, её нервная система и так была перегружена, а тут ещё царапины, оставленные Кайлом, напомнили о себе внезапной болью. Но когда Первая вернулась, и они встретились взглядами, обе очень хорошо поняли друг друга.
Кайтиффин не заставил себя долго ждать. Даже пустынный загар не мог скрыть его бледности. Похоже, ему не удалось переговорить с хозяином. Он нервничал, и в его безукоризненном светском тоне то и дело проскальзывали нотки раздражения.
Первая словно не замечала этого. Она была спокойна и холодна:
— Раер Крист, мы хотели бы получить аудиенцию у гаддхи. Кайтиффин ещё больше побледнел и смущённо затараторил:
— Друзья мои, вам не стоит этого делать, верьте мне. Я глубоко разделяю вашу скорбь по поводу гибели одного из вас и тяжких ранений другого, но смею посоветовать вам не навлекать на себя очередную опасность монаршего гнева своими новыми нечаянными проступками. Он здесь царь и бог. И не вам требовать у него ответа за его деяния. Сейчас, когда наказание, им назначенное, свершилось, он может вновь вернуть вам свою благосклонность. Но пока вам временно не стоит напоминать ему о себе, потому что любой ложный шаг, любое неверное слово могут вновь привести к вспышке его гнева…
Поняв, что начал повторяться, Крист замолк на полуслове. Как видно, Касрейн не подготовил его к подобному повороту событий. Пот крупными каплями струился по его лицу, и под холодным испытующим взглядом Первой он вертелся как уж на сковородке. На неё пылкая речь Раера Криста не произвела никакого впечатления.
— Кайтиффин, мы уже между собой обсудили и признали право вашего повелителя назначать наказания по своему усмотрению.
Линден слишком хорошо знала правдивую Великаншу и сумела различить в её тоне фальшивые нотки, но Раер Крист, судя по его виду, поверил ей.
— Так что, уверяю тебя, мы вовсе не собираемся обвинять в чём-то гаддхи и наносить ему новые оскорбления. Мы лишь намерены попросить его об одном благодеянии, которое вполне ему по силам и принесёт ему великую честь и славу, если он снизойдёт до того, чтобы оказать нам его.
Глаза кайтиффина забегали: он лихорадочно соображал, что задумали его беспокойные опекаемые. Но потом он осознал, что ему всё равно не скажут больше, чем уже сказали. Вытирая пот со лба тыльной стороной кисти, он был похож на человека, у которого выбили землю из-под ног. Но всё же у него ещё оставались силы на сопротивление. Наконец он нашёл подходящий ответ:
— В это время дня гаддхи редко кого принимает. Но может быть, ради гостей он сделает исключение. Вы хотите пойти со мной?
Когда Первая утвердительно кивнула, он резко повернулся к дверям, словно только и мечтал поскорее сбежать из этой комнаты.
Первая окинула взглядом спутников — они уже были готовы: Мечтатель поднял Кира на руки, а Бринн подхватил Ковенанта; Хоннинскрю двинулся к дверям, зажимая свои чувства в огромных кулаках.
Вейн как всегда глядел в никуда, а Финдейл был погружён в горестные размышления. Но как только Линден двинулась вслед за Раером Кристом, оба не раздумывая, последовали за ней.
