Первое послание к Коринфянам полностью

Именно в этом отрывке (12,13) раздела (2:6—16) местоимение «мы» наиболее естественно относится к особому служению Павла и его собратьев-апостолов. Хотя каждый христианин обладает данной ему Духом возможностью понять, стать причастным, приобщиться и истолковать все, что Бог по Своей благодати даровал нам, апостольское учение о спасении Богом во Иисусе уникальным образом раскрывается в ст. 13: мы возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами, но изученными от Духа Святого. Вновь отвергая красноречие мирской мудрости, Павел здесь подтверждает, что истоки его учения, как в языковом отношении, так и по своей сути, – в Святом Духе. Слова, которые он использует, переводят на понятный человеческий язык мысли Бога, тем самым сохраняя авторство Бога как святыню.

Вдохновляющая поддержка Святого Духа необходима не только для наставления, просвещения и наделения силой апостольских посланников, но и для тех, кто слушает их. Человек, не получивший Духа (в ст. 14 — душевный человек), не имеет потенциальных возможностей распознать, оценить или приветствовать то, к чему Дух хочет приобщить его через своих посланников. В ст. 12–14 Павел использует шесть важных глаголов для описания служения Духа в тех, кто обучает, и в тех, кто воспринимает это учение: первых Он научает познанию, умению высказать положение и объяснить его; тем, кто обучается, Он дает возможность принять, понять и оценить сказанное. Без такого служения Духа не может быть общения, информации и духовного роста до достижения зрелости: истина необъятна и непостижима до конца, а духовные категории истины иногда воспринимаются даже как безумие (14).

Мы начинаем постигать, почему Павел был настолько опечален состоянием христиан в Коринфе, их абсолютно плотским, мирским духом. Они, подобно остальным христианам, имели доступ к уму Христову (16), но сами отказались от дарованной им привилегии через работу Святого Духа судить обо всем (15) с позиции Божественного самораскрытия в Иисусе Христе – собственно Божественной мудрости. В основе понимания коринфских христиан лежали огромные пласты человеческого опыта, усилий и рискованных попыток предпринимательства – на всем протяжении своей бездуховной жизни (понятие «бездуховности» в СП передается словосочетанием «душевный человек», 14). Здесь употреблено греч. слово psychikos: оно описывает «все, что мы унаследовали от первого Адама»[45], который «стал душею (psyche) живущею» (ср.: 15:45). Павел опасается, что верующие христиане могут снова вернуться к образу жизни, который ведут неверующие. Когда человек получает новое рождение через Дух Божий, он потенциально становится «духовным человеком», но это не означает, что он автоматически продолжает ходить в Духе.

Мы должны избегать чувства успокоенности и не почивать на лаврах, считая, что уже достигли желаемого. Должны всеми фибрами души, всем своим существом любить Бога. Должны стремиться к тесному единению со своими собратьями в общем Теле Христовом, потому что «иметь ум Христов» по существу означает находиться в неразрывном единстве друг с другом:…мы имеем ум Христов (16). Если в своей жизни мы будем придерживаться этих приоритетов, Дух раскроет перед нами все большие и большие глубины премудрости Божьей во Христе, нашем распятом и воскресшем Господе.

Один из основных недостатков коринфской церкви заключался в неправильном понимании христианского руководства. Павел говорит об этом уже в 1:1—16. Внимание членов коринфской церкви было сосредоточено на отдельных лицах, на стравливании их друг с другом или на обсуждении их достоинств и недостатков. Они нуждались в знаниях и учении о природе и функциях христианского руководства. Используя слово «руководство», мы, по существу, уклоняемся от предмета нашего исследования. В гл. 3 и 4 Павел продолжает показывать, что такое понятие, как руководство, если его рассматривать с нецерковной точки зрения, отсутствует в Новом Завете и принципиально ему чуждо. Поскольку сегодня в нецерковных кругах часто заводят речь о необходимости руководства (в соответствии с политическими пристрастиями того или иного человека), важно, чтобы церковь еще раз осознала, что же Писание в действительности говорит о подлинном христианском руководстве. В этих двух главах Первого послания к Коринфянам содержится много ключей к раскрытию данной проблемы.

Подвергая критике лживую и заносчивую мудрость коринфян, Павел прибегает к нескольким ярким метафорам. Мы исследуем шесть таких метафор, а также заключительные строки гл. 3, где говорится о мирской мудрости.

1. Младенцы и взрослые (3:1–4)