«Кстати, ты заметил, что время прибытия одно и то же, что здесь, что в Хогвартсе, до которого от Лондона далековато?» — обратила внимание Гермиона.
«В Хогвартс отсылают заранее?» — немного подумав, сделал Гарри свое предположение.
«Могли и наколдовать что-нибудь», — вспомнила она о том, в каком мире они живут.
«Вряд ли сов снабжают портключами».
«Гарри, они машину времени используют для посещения уроков. После этого раздавать мгновенный транспорт почтовым совам — не проблема…»
Гарри ожидал, что им с Гермионой будет посвящена значительная часть текста статьи, где будут тщательно и во всех подробностях упомянуты самые невероятные из ходивших про них слухов. Обязательно будут упомянуты события второго курса, когда «Темный Лорд» со своей «Темной Леди» держали в страхе всю школу, каждый день истребляя по дюжине учеников и пожирая их останки на обед. Вспомнят, конечно же, и о тайном браке, в котором они состоят далеко не первый год, и о многочисленных детях, проживающих под вымышленными именами где-то в пустынях Европы… Откуда в Европе пустыни? Так сами же и сделали, чтобы детей спрятать…
«Еще не забывай, — напомнила Гермиона об услышанных на балу перешептываниях, — что я, оказывается, наполовину вейла, ведь никак иначе «Эта замухрышка не может так выглядеть!»
«Сама же хотела утереть всем нос».
«А кто сказал, что я злюсь?» — свое высказывание она сопроводила довольной улыбкой.
Ее эмоции действительно выражали не раздражение, а, скорее, удовлетворение от хорошо сделанной работы. Возможно, злорадство — это не очень хорошо, но очень уж грели воспоминания о лицах некоторых юных красоток, пребывавших в полной уверенности, что смогут «добыть себе Поттера».
«И чтобы не признаваться в поражении, они сделали вывод, что ты сжульничала», — выдвинул Гарри предположение о причине возникновения подобных слухов.
«Ага, насмотрелись на то, как некоторые липли к этой Делакур…» — его идея была подхвачена и подвергнута дальнейшему развитию.
«…Потом посмотрели на нас. Сложили два и два…»
«…И получили что-то в районе девятнадцати с половиной!» — окончила Гермиона.
«Ну, профессор Вектор говорила, что ее предмет не для всех», — подытожил он.
Как ни странно, но в итоге статья о состоявшемся бале оказалась весьма сдержанной, когда речь заходила о чемпионах Хогвартса. Похоже, журналисты «Пророка» решили проявить патриотизм и не стали публиковать ничего сомнительного о своих соотечественниках. Несколько колдографий танцующих пар, аккуратные описания «изящных нарядов» и «грациозных движений» — никаких скандалов и разоблачений.
Совсем иным было отношение к гостям. И здесь газетчики явно решили отыграться по полной за отсутствие каких-либо громких подробностей в первой части статьи, и предоставили своим читателям так желаемые ими темы для разговоров.
Какой смысл подолгу беседовать о том, какие замечательные чемпионы у Британии? Это ведь совсем скучно и не интересно. А вот, например, посудачить о затесавшейся в команду соперников мерзкой нелюди, своими темными чарами одурманивающую честных и порядочных волшебников — это уже совсем другое дело. Заодно можно вспомнить сделанное в той же статье предположение о происхождении директора школы, которую представляет эта недостойная особа. А что, если весь французский Бобатон давно уже превратился в рассадник всяких темных тварей?! Кто знает, кого еще они понабрали в свою команду? Какой опасности постоянно подвергаются свои родные чемпионы, которым приходится противостоять этим монстрам?
«Вот только эти «монстры» ничего монструозного на турнире пока не сделали, — Гермиона перебрала в памяти события первого тура, — не считая Делакур, которая усыпила дракона».
«Думаешь, об этом кто-нибудь вспомнит?» — хмыкнул Гарри.
«Ну да, — вздохнув, согласилась она, поняв, на что он намекал, — когда тебя считали наследником Слизерина и новым Темным Лордом, про то, что называли тебя Мальчиком-Который-Выжил, забыли моментально».
«Если есть хорошая тема для болтовни, зачем вспоминать ненужные подробности?»
«Кстати, — Гермиона еще раз пробежала глазами по только что прочитанному фрагменту, — насчет этой мадам Максим…»
«Действительно» — не стал спорить он.
Предположение о наличии нечеловеческой крови у директора Бобатона во многом было похоже на правду. Глупо было отрицать, что люди настолько большими попросту не бывают.
«Но ведь тогда и наш Хагрид тоже…» — не могла не вспомнить о школьном лесничем Гермиона.
Даже странно было, что раньше они об этом даже не задумывались. Хагрид был… Хагридом. Они привыкли видеть его таким, какой он есть, и добродушный гигант был вполне естественной частью волшебного мира вообще и Хогвартса в частности. Ну и что, что он очень огромный? Тут все такое необычное и непривычное, что Хагрид выглядел совершенно нормально для такой обстановки. Но, похоже, слово «гигант» в его отношении относится не только к описанию размера…
«А что, если другие, — Гарри имел в виду тех волшебников, кто всю жизнь провел среди подобных себе, — Сразу догадывались о таком?»
