Феномен Шумера заключается, пожалуй, в том, что если прежде смешения русов с предэтносовыми племенами и родами при преобладании последних вели к деградации или (и) вымиранию русов, то данное смешение автохтонных русов с русами пришлыми, несущими признаки иных предэтносов, дало неожиданный расцвет и подъем, бурный всплеск цивилизации в условиях плодородного Двуречья.
Гипотезы о том, что какой-то большой народ, достигший особых высот цивилизации, живший где-то в Скифии или на Индостане, вдруг поднялся целиком и переселился в Междуречье, столь неубедительны, что мы их рассматривать не будем. Тем более что шумеры не кочевое племя, а этнос фундаментально оседлый. Вместе с тем в нем присутствуют некоторые среднеазиатские и дравидо-индостанские этнокультурные элементы. Однако ни в Средней Азии (Скифии), ни на Индостане, ни в иных местах мы не видим следов пребывания шумеров как этноса.
Из этого можно сделать лишь один строго научный, лишенный романтизма вывод. Шумеры, как первый этнос, полностью и целиком вычленившийся из суперэтноса русов, не вышли отнюдь ни из «хладных скал», ни из «пламенных пустынь», а сложились в Месопотамии. Ядро шумеров – русы, пришедшие из Северной Месопотамии.
Шумерский этнос есть слияние эредо-убейдского предшумерского этномассива Междуречья с постоянными на протяжении тысячелетий потоками русов, спускающихся с Армянского нагорья, плюс весьма основательные включения пришлых выселков русов из Средней Азии и долин Инда. К 3 тыс. до н. э. именно это слияние-смешение различных племен-родов русов в плодородных долинах Тигра и Евфрата породило первый полноценный исторический этнос – шумеров.
Антропологически шумеры «принадлежали к большой европеоидной расе… с участием балкано-кавказской (ассироидно-арменоидной) малой расы»[35]. Это академическое положение можно признать целиком – в генезисе шумеров значительную роль сыграли русы-арменоиды. Они же потом составили костяк государства Ашшура-Ассура (Русса) в совокупности с русами Сурии-Русии и вошли в историю как «ассирийцы» (правильнее их называть «руссийцами» или, на поздний арабский манер, «ар-руссийцами – народом Рус, Рош).
Шумеры оставили нам статуи богов и царей странного, неевропеоидного вида. Они не передают подлинного облика шумеров-европеоидов. «Об антропологическом виде шумеров можно судить по костным остаткам, но не по их скульптуре, как полагали европейские ученые в прошлом, так как она сильно стилизована и подчеркивание некоторых черт лица (большие уши, глаза, нос) объясняется не физическими чертами народа, а требованиями культа»[36].
Итак, шумеры – смешанный этнос европеоидного типа с дравидо-кавказоидными и арменоидными признаками (без включения элементов переднеазиатской (семитской) малой расы).
Мы сталкиваемся с необычным на первый взгляд, но вполне закономерным фактором – для того, чтобы образовать устойчивый и своеобразный этнос, русам-бореалам Ближнего Востока (первичной прародины) пришлось прежде расчлениться на несколько этнокультурно-языковых общностей, проделать каждой свой определенный путь в пространстве, приобрести новые этнокультурные и антропологические признаки, вернуться отдельными родами в исходную область и вновь слиться в устойчивое единое целое.
Шумерский язык весьма своеобразен. Он абсолютно не похож на протосемитские языки, которых во времена его появления еще не было. И отличается от поздних индоевропейских языков… Но даже при самом поверхностном рассмотрении шумерского языка в наиболее архаичной форме мы видим, что в его основе лежал язык русов – первоязык земной цивилизации.
Шумерская легенда «о смешении языков» (базисная основа соответствующего сюжета Ветхого Завета о вавилонском смешении) утверждает, что «в старые добрые времена все были одним народом и говорили на одном языке». То есть фактически шумеры-русы по преданиям предков знали свою историю, они знали, что все народы и племена вышли из одного первонарода (суперэтноса), а не зародились сами по себе каждый – в пустынях, горах и водоемах. Шумеры знали то, чего не хотели понять многие ученые-историки ХIХ – ХХ вв.
