— Угу, почти все. Кроме самых маленьких, конечно. У нас там снега побольше вашего будет. На работу и в школу на лыжах бегаем. Кроме весны и осени, разумеется. Весной и осенью на лодках и катерах плаваем. Я, например, до школы всегда на лодке добирался. От нашего дома до неё рукой подать.
— А почему на лодках?
— Воды на улицах очень много. Не вплавь же? Я попробовал как-то раз. Нет, холодно очень! И тетрадки с учебниками намочить можно...
— А, понятно...
— А почему ты подумал, что я очкарик да ещё и сутулый?
— Не знаю... Мамка сказала, что ты уже в институте учишься, хотя тебе всего шестнадцать. Вот я и подумал, что ты какой-нибудь сутулый очкарик. Они с тётей Зиной вечно пытаются Лидку за какого-нибудь очкарика пристроить.
— Серёжка! — возмутилась она.
— А что? Скажешь неправда? Сама жаловалась!
— Ты в восьмом учишься? — сменил тему Сашка.
— Нет, в седьмом. Слушай, а как ты умудрился так быстро школу закончить? Научи, а? Я бы тоже с удовольствием.
— Надоело?
— Ещё бы! Тошнит уже!
— Как я тебя научу? Я вынужден был восьмой класс пропустить. Сидел дома, от скуки листал учебники, а тут тётя Марина и говорит: «Ты так совсем заплесневеешь! Давай-ка я договорюсь, чтобы ты начал экстерном экзамены давать!» Ну и договорилась. До Нового Года сдал экзамены за восьмой и частично за девятый. А к лету и остальное добил. Думал отдохнуть годик — другой, а она опять за старое. Заплесневеешь мол. Иди-ка ты в институт поступать. Я договорюсь.
— А, понятно. У тебя память хорошая?
— Да, вполне приличная. Я только на ней и выкарабкался.
— А у меня в башке ничего не держится... — огорчённо вздохнул Серёга.
— Могу помочь.
— Как? Стихи учить? — рассмеялся он. — Я пробовал. Ни хрена не помогает!
— Серёжка! — прошипела Лида и показала брату кулак. — Следи за речью!
Сашка рассмеялся:
— Не, стихи учить мне тоже не помогало! Я для себя другой способ придумал. Научить не смогу, но расшевелить твою соображаловку вполне в состоянии.
— Давай! А как?
— Садись напротив меня и давай мне руки. Только варежки сними.
Серёжка моментально перепрыгнул на прежнее место рядом с сестрой, скинул на сиденье толстые, меховые рукавицы и протянул руки. Это были нормальные руки двенадцатилетнего пацана. Царапины, ссадины и цыпки.
Сашка продвинулся на край сиденья. То же самое проделал и Серёжка. Они взялись за руки, и Сашка сказал:
— Чтобы ты понял, что это не шутка, ответь мне на один вопрос.
— Какой?
— Ну, например, вспомни, как доказывается теорема Пифагора?
— Э-э-э,... — поднял глаза к потолку вагона Серёжка. — там, по-моему, нужно квадраты на каждой стороне треугольника нарисовать... — неуверенно начал он. Подумал ещё немного и закончил, — Зачем-то...
— Угу. Дальше?
— Дальше? — он попытался вспомнить, но быстро сдался. — Не, дальше не помню.
Сашка кивнул.
— Ладно, поехали! Смотри мне в глаза и думай о моих руках! Неважно что! Понял?
— Ага! Давай! Я готов!
Они сидели взявшись за руки минут десять. Девушки поглядывали на них, но молчали. Лида глядела с усмешкой, а Катя серьёзно. Она, казалось, догадывалась о том, что происходит.
Наконец, Сашка тряхнул руками, высвобождаясь. Он отсел на сиденье поглубже и выдохнул. Серёжка почесал лоб, поёрзал на сиденье, тоже устраиваясь поудобнее и как ни в чём не бывало спросил:
— Ну и что дальше?
— Ничего. Расскажи нам, как бы ты стал доказывать теорему Пифагора.
Серёжка автоматически поднял глаза к потолку, но тут же опустил их. Его губы растянулись в широкой улыбке.
— Ну ни хрена себе! Я вспомнил! Вот это да! Как ты это сделал?!
— А ты не понял?
Вместо ответа Серёжка помотал головой.
— Небольшое внушение. Я освежил твою память. Ты всё это и без того знал, но просто забыл. Задвинул эти знания на периферию сознания. Сейчас они снова пригодны для активного использования. Только учти — не будешь пользоваться ими, они опять соскользнут на периферию! Так что не ленись перечитывать старые учебники. Понял?
— Ага! — он никак не мог перестать улыбаться во весь рот.
— Только помалкивай об этом, — усмехнулся Сашка. — И не таскай ко мне своих друзей и подруг. Пошлю сразу! Далеко и в грубой форме! Понял?
— Понял! — он расхохотался. Рассмеялись и девушки.
***
Интересный разговор состоялся между ними, когда они оказались на горке. Добравшись до дачи, мальчишки первым делом натаскали дров и растопили печку. Большой деревянный дом изрядно выстыл и, прежде чем что-либо предпринимать, его нужно было согреть. Мальчишки ждать не стали. Саша бросил девушкам не очень понятную для Серёжи фразу, и они ушли на гору, кататься на лыжах. А сказал он следующее:
— Мы на час — полтора уйдём, а когда вернёмся, я посмотрю на вас. Может быть сразу после этого уйду. Не теряйте времени!
Они по два раза скатились с пологой и длинной горки, а потом остановились внизу, чтобы передохнуть. Серёжка высморкался на снег, утёр нос рукавицей и неожиданно спросил:
— На Лидку глаз положил?
— С чего ты взял? — Сашка сплюнул.
— А то я не понимаю! Она же Катю с собой взяла, чтобы мамка ничего не заподозрила.
Саша пожал плечами и ничего не ответил. Он смотрел вверх в гору, на других лыжников и лыжниц. Серёга продолжил:
