— У нас следующие две пары анатомичка. Нельзя пропускать. Сам же знаешь — если пропустишь, могут заставить ночью отрабатывать. Нужно ещё сходить поесть чего-нибудь. Потом вряд ли захочется… — грустно ответил Леон.
Наиль с Мишей переглянулись и, не сговариваясь, ехидно усмехнулись.
— Приятного аппетита! — шутовски поклонился Наиль. — Я слышал туда двух замёрзших бомжей подвезли. Свежих…
Они отлично посидели! Сначала, конечно, все разговоры крутились вокруг случившегося в институте, а потом, как-то незаметно все пришли в хорошее настроение. Это произошло после того, как ребята стали допытываться у Сашки, откуда он узнал историю этого живодёра. Не моргнув глазом он сочинил небылицу про какого-то незнакомого человека, с которым познакомился на пляже в Сочи. Якобы тот проникся к нему столь безграничным доверием, что рассказал ему эту и множество других схожих историй. Его враньё было шито белыми нитками, но когда Миша с Наилем насели на него, Саша просто послал их в жопу. Так и сказал:
— Идите вы оба в жопу! Есть вещи, о которых я не могу говорить. Если вас не устраивает эта моя версия, то ничем помочь не могу! Давайте пить вино!
За одним столом с широкоплечим Наилем и крепко сколоченным, высоким Мишей Веселовым Сашка смотрелся котёнком рядом с двумя взрослыми овчарками, поэтому его нахальство вызвало у Снежанны неудержимый смех. Ребята было насупились, но потом Миша вспомнил, как Сашка одним движением расправился со схватившим его за шиворот гебистом, и заинтересовался тем, как он это проделал.
Сашка кивнул и бодро сочинил новую байку. В этот раз он плёл что-то про какую-то внутреннюю энергию, которую он якобы научился аккумулировать и по мере необходимости выпускать наружу. На просьбу недоверчивого Наиля продемонстрировать, он небрежно отмахнулся. Ответил в том смысле, что выпив плохо контролирует себя, поэтому такая демонстрация может привести к непредсказуемым результатам. Мол, общага, в которой они сидят, может развалиться. А может и город пострадать!
После того как отсмеялись, он без перерыва принялся травить следующую байку. В этот раз речь шла о споре, который он якобы заключил с Командующим Тихоокеанским флотом. Смеялись до слёз, до колик в животе, особенно, когда Сашка начал горячо уверять их, что эта история подлинная и произошла с ним на самом деле.
Сейчас он уснул, а они втроём сидели и тихонько переговаривались. Ребята продолжали пить пиво, а Снежанна крошечными глоточками смаковала великолепный портвейн, купленный по настоянию Сашки и на его же деньги.
Она первая услышала быстрый перестук женских каблучков в коридоре, а потом в дверь требовательно постучали. Сразу вслед за этим дверь распахнулась настежь, и в комнату на всех парах влетела Марина Михайловна!
Боже, как элегантно она была одета! Короткая, до колен, расстёгнутая шубка из светлой замши, отороченная по полам, подолу и рукавам каким-то нежным, палево-коричневым мехом — явно не кроликом. Под шубкой чёрная шерстяная юбка и элегантный пиджачок. В отворотах пиджака переливается на свету шёлковая блузочка нежно-салатного цвета. Вокруг шеи длинный вязаный шарф более густого оттенка зелёного, чем блузка. Через плечо на длинном ремешке невиданного фасона тёмно-коричневая дамская сумочка. На ногах чукотские национальные сапожки, которые Снежанна уже видела на Кате. В руке замшевые перчатки самой тонкой выделки. Несмотря на запах табака — Миша курил папиросы, а Наиль дешёвые сигареты — по комнате с её появлением разнёсся аромат незнакомых духов. Очень нежный запах!
Ребята вскочили со своих стульев, а она решительно прошла в комнату, остановилась возле стола с бутылками, стаканами и немудрящей закуской и уставилась на них сердитыми глазами.
— Асамбаев и Веселов? Мне сказали, что видели моего подопечного в вашей компании! Где он?
— Вот он, Марина Михайловна… — улыбаясь, тихо ответила за них Снежанна.
Она сама полулежала поперёк кровати, подсунув под спину сразу две подушки. На бёдрах у неё, уткнувшись носом ей в живот, лежала голова девочки подростка, которая, очевидно, крепко спала. Правая рука девочки была подсунута под подушку за спиной у Снежанны.
На недоумённый взгляд Марины Михайловны тихонько рассмеялась:
— Это парик… Он нам с ребятами истории разные рассказывал. Хотел рассмешить, вот и надел его…
Две едва заметные вертикальные морщинки между бровей Марины Михайловны тут же разгладились. Не глядя, она бросила на стол перчатки, присела на край кровати и склонилась над головой мальчишки. Губы её тронула усмешка. Освободившись от своей сумочки, она двумя руками принялась осторожно стаскивать с его головы паричок.
— Жарко же в нём, Малыш… — шептала она.
Отбросив парик на кровать, она осторожно пригладила его растрепавшиеся волосы и повернулась к всё ещё стоящим ребятам.
— Много он выпил? — тихо спросила она.
— Нет, Марина Михайловна. — так же тихо ответил Наиль. — Я ему чуть больше полстакана налил. Вон, ещё на палец осталось, посмотрите!
