Помахала небрежно рукой и убежала из кафе. Хорошая девочка. Ветерок весенний напоминает. Такая же свежая, теплая и легкая.
Инфы не много, но главное я услышал. Все мои опасения подтвердились. Он мою Миру в свой трофейный список не получит. Не заслуживает он ее, однозначно!
— В общем, странно я себя чувствую, Ир. С одной стороны, он классный, эффектный! В хорошем настроении, он даже засохший гриб умудрится очаровать. В такие моменты я теряю с ним голову. Но, когда голова включается, мне ужасно хочется от него отстраниться и наши отношения включить на минимальную мощность. Я ведь его так плохо знаю! По сути, только то и знаю, что он захотел про себя показать.
Мы сидим на широком подоконнике в длинном коридоре университета. Сбросив обувь, забрались на него с ногами и прижимаемся к прохладному стеклу. За окном уже темно, только фонари горят. Тихо, спокойно вокруг. Кто-то все еще учится, но большинство студентов разошлись по домам. У нас тоже должна сейчас идти лекция по истории искусства. Мы уже находились в аудитории, разложив перед собой конспекты, как вдруг представшая перед нами преподавательница, потирая покрасневшие глаза и сжимая ворох салфеток в руке, неожиданно прогнусавила:
— А хотите бесстыже прогулять эту пару? Предупреждаю, я сегодня слишком слабохарактерна, апчхи! и о вашем прогуле никуда сигналить не буду.
Неслыханная удача! Всех, конечно, как ветром сдуло! Никогда на моей памяти студенты из аудитории быстрее не исчезали! Заскочив в буфет, мы купили с Ирой по бутерброду и устроились на подоконнике секретничать.
Подруга склоняет голову, пока слушает мои сбивчивые откровения. Рыжие пряди при этом спадают ей на нос и она, смешно отфыркиваясь, отбрасывает их с веснушчатого лица. Пока я говорю, она оперативно расправляется со своим бутербродом и теперь, стоило мне замолчать, спрашивает:
— Вы проходили в школе по природоведению такой цветок, венерина мухоловка называется?
Мотаю головой. Что-то не припомню.
— Очаровательный, необычный цветочек. Красный внутри и зеленый снаружи. Так вот, это создание привлекает к себе насекомых красивым красным пигментом, а также ароматной субстанцией, напоминающей нектар. Когда насекомое садится на цветок, он захлопывается и потихонечку переваривает своего гостя.
— Фу, — морщу нос, вообразив себе эту картину. — Почему ты сейчас об этом вспомнила? Планируешь испортить мне аппетит, чтоб мой бутер отобрать?
— Нет вообще-то! Твой парень разлюбезный мне сильно напоминает этот самый цветочек. Привлекательный прикид, но только для того, чтобы заманить в свои сети такую чудесную девочку, как ты! А потом слопать!
Она легонько щелкает меня по носу. Ее слова звучат так феерично и неправдоподобно, что на всякий случай уточняю:
— Ир, ты ведь мне не из зависти это говоришь?
Она смеется.
— Тю! Еще спрашиваешь! Конечно, я завидую и даже не скрываю! Я бы и сама хотела, чтобы ко мне подкатил какой-нибудь мажорчик и увез меня в голубую даль на алых парусах! Но моя зависть никоим образом не мешает смотреть на ситуацию трезво и тебя оберегать! Понимаешь?
Киваю и улыбаюсь в ответ. Ира честная, за это ее и люблю. Если завидует — говорит открыто, если злится, то все об этом знают. Но и если нужно узнать адекватное мнение со стороны, то она для этого наилучший кандидат. Доедаю свой пирожок, облизываю губы и задумчиво говорю:
— И Влад мне то же самое талдычит. Родители наоборот уверяют, что Макс — моя самая большая удача. Выигрыш в лотерею. Вот и думай, кто из вас прав!
Ира смеется и несогласно качает указательным пальцем.
— Тут и думать нечего! Я права, конечно! И Влад тоже! Сама посуди! Нам с Владом от Макса ничего не светит. А твой отец сразу сказал, что парень влиятельный, тендеры распределяет. Твой предок — лицо заинтересованное, а значит и не слишком объективное!
— Даже если вы и правы, как мне с папой разговаривать? Все мои предчувствия и мелкие огрехи Макса для него не в счет!
— Ну так мы ж никуда не торопимся! Ты пока сильно своим бизнесменом не увлекайся! Понаблюдай за ним сначала, познакомься с его родней, с друзьями! Оцени его поведение в разных обстоятельствах. Вот и наберутся доказательства для отца. Сама увидишь!
Мы встаем с подоконника и идем к гардеробу одеваться. Помимо сегодняшних учебников, я набрала в библиотеке дополнительных книг по архитектуре. Рюкзак распух от солидных фолиантов и теперь сильно врезается в плечи ремнями. Скидываю его и несу в руке. Теперь уже лямки врезаются в ладонь и я недовольно морщусь. Орудие пыток какое-то! Если бы Влад шел рядом, он бы обязательно водрузил этот балласт себе на плечо! Но его здесь нет и его отсутствие обидно царапает настроение. Роняю рюкзак на пол и с досадой его пинаю. Проскользив пол метра по скользкому линолеуму, он останавливается. Со вздохом вскидываю его на спину и догоняю подругу.
Уже надевая куртку, крутясь перед зеркалом в вестибюле, Ира вдруг интересуется:
— Ну что, нашел твой Влад себе девушку?
— Не знаю. Вроде нашел. Но кто она, пока не сказал.
