Селестия телепортировалась, а я занялся проработкой идеи «теста на перезапись». Изначально она просто мелькнула в голове, но чтобы объяснить аликорнам, что надо делать, её надо бы формализовать. В процессе раздумий я обратил внимание на один вопиющий факт, который раньше от меня ускользал. Эффект заклинания, предназначенного для изучения языка, в принципе не должен оставаться навсегда! Это же чужеродная магия, и понячья магоимунная система должна его вычищать! Возможно, к нему существует комплектное заклинание, которым язык записывается в память после того, как установлено первичное взаимопонимание, а может, потом просто применяется другая его вариация, но факт остаётся фактом. И ладно я, практически ничего не понимающий в магии, но Твайлайт, Луна и Селестия вполне могли бы заметить это несоответствие! Хотя… они могли думать, что язык закрепил кто-то другой (в случае с принцессами) или же вообще не знать об этой особенности заклинания (в случае с Твайлайт). Однако, раз язык остался… мля-я-я… если я прав, то это полная, абсолютная и беспросветная жопа.
Хлопок — и в библиотеке появляются обе аликорны.
— Привет, Луна, — улыбнулся я ей и тут же вспомнил слова Селестии. — Тебя надолго урвали?
— Привет, Арт, не очень, но и на том спасибо, — она вздохнула и резко нахмурилась. — Здесь пахнет кровью. Что-то случилось?
— Ошибка в эксперименте, ничего серьезного, — успокоил я её. — Как-нибудь потом расскажу всё в подробностях, а сейчас давайте займёмся делом, раз уж мы ограничены во времени, — я посмотрел на Селестию. — Две задачи. Первая — вы вместе придумываете какое-то случайное слово, и каждая из вас даёт ему какое-то своё значение, друг другу вы его не говорите, и я его тоже слышать не должен. В итоге получится этакий искусственный язык, в котором есть только одно понятие. Потом, каждая из вас обучает меня этому языку с помощью заклинания. Другая задача идёт параллельно — пока одна из вас обучает меня языку, вторая смотрит с помощью диагностического заклинания, как при этом ведёт себя магия.
— И какой в этом смысл? — спросила Луна.
— В первом случае я хочу понять, как реагирует мой мозг на магию. Перезапишется ли значение слова другим или нет. Во втором случае… ну, мне просто нужна эта информация чтобы подтвердить одну догадку.
— Хорошо.
Сестры посовещались немножко, закрывшись от меня звуконепроницаемой сферой. Первой пошла Луна, в то время как Селестия создала диагностическое заклинание. Я улыбнулся пришедшей в голову мысли о том, что оно делает мордочку пони похожей на эмблему какого-нибудь байкерского клуба. А что, в самый раз… голова Селестии с сияющими глазами и развевающейся гривой, и это на фоне распахнутых крыльев… и надпись ещё такая готическим шрифтом: «Equestrian Ruler». Хех.
Луна коснулась меня рогом, но заклинание изучения языка в этот раз никак не ощутилось, даже ни одной «конфетти» не было. Тем не менее, новое понятие в голове оказалось. «Корире», которому Луна придумала смысл «свобода».
— Ничего не говори, — попросил я Селестию, когда та сморгнула заклинание. — Не нарушай чистоту эксперимента.
Она улыбнулась, кивнула, а затем сёстры поменялись местами.
— Арт, мне ожидать той же реакции, что и в прошлый раз? — спросила Тия, подойдя поближе.
— Да, с шансом этак в пятьдесят процентов, — кивнул я. — Давай.
Касание рога, вспышка золотистого свечения и резкая боль, пробившая череп навылет словно пуля самоубийцы. Я сжал зубы и сквозь звон в ушах услышал, как охнула Луна.
— Арт? Все хорошо? — спросила принцесса дня.
— Да, — боль действительно прошла так же внезапно, как и появилась.
Я порылся в голове и с неудовольствием обнаружил что вместо одного из двух ожидаемых, мой эксперимент дал непредусмотренный третий вариант. «Язык» я действительно выучил (Селестия, кстати, загадала «тортик». У кого чего болит, блин), но так, словно он был ещё одним, отличающимся. Что-то вроде «лунояз» и «тиеяз». Хм… что-то здесь не так. Во-первых, боль, которой обычно не возникает. Во-вторых — если бы слово записалось как синоним, я бы ещё понял, но как отдельный язык? Крайне сомнительно.
— Корире. Корире. Вы слышите какую-нибудь разницу? — поинтересовался я. Обе аликорны синхронно покачали головами.
А она есть… по крайней мере, для меня. Н-да, результат эксперимента неоднозначен.
— Ладненько, а теперь запишите, каждая по отдельности, что вы видели.
Аликорны, словно вспомнив что из далёкого прошлого, переглянулись и хихикнули. Но просьбу выполнили. Я прочёл оба листа, а потом вернул их им… н-да.
— Это было очень загадочно, — улыбнулась Селестия. — А теперь расскажи, что ты обнаружил.
— Ну что ж… — я задумчиво побарабанил пальцами по столу, и заговорил, будто перед дипломной комиссией. — Поставленный эксперимент дал неоднозначный результат, и мне нужны дополнительные данные для его толкования. Вопрос: было ли когда-нибудь такое, чтобы одно и то же существо учили одному и тому же языку два разных пони?
— Было, и не раз, — кивнула Селестия.
— И какой версией затем пользовалось обученное существо? — не поверил своей удаче я.
