С такими вот мыслями я и шагал по лесу, радуясь, что организм снова слушается меня. Мы нашли раненого дядю Федора, и Терминатор подлатал его, как меня недавно. Затем вышли на целую группу – там были Гена Крокодил, Паха Строюк, которого все звали Стройкой, молодой охранник, буквально обвешанный автоматами, и еще трое из новеньких, которых я не знал.
– Всем привет, – сказал я и усмехнулся, отдавая команду:
– Построиться!
– А ты кто такой? – парировал юный друг конвоиров, стуча «калашами».
Я подошел поближе и посмотрел ему в глаза.
– На сегодня, – мягко проговорил я, – твой командир, салабон. И хватит изображать вешалку!
С этими словами я снял с его плеча пару автоматов, передавая их Крокодилу и Стройке.
– Гражданским нельзя! – слабо воспротивился охранник.
– А они уже не гражданские, – усмехнулся я, – а призывники. В общем, так, – сказал я для всех. – Бандосы заняли ферму, и нам нужно их оттуда выкурить и расшлепать. Иначе они расшлепают нас. Нам не то что укрыться, переночевать – и то негде!
– Да это понятно, – прокряхтел Федор, осторожно присаживаясь на замшелый валун, нагретый солнцем. – Людей мало.
– Терм! – позвал я робота, и было явление народу. Боевой кибер словно соткался из воздуха, только это был не спецэффект в кино, а реал. «Зрители» замерли, не дыша.
– Жду дальнейших указаний, – пробасил робот.
– Кто там еще есть, из наших?
– Наблюдаю группу в двухстах метрах к востоку.
– Веди. Выдвигаемся!
И все послушно двинулись за мной. А куда деваться?
Двумя часами позже наша группа выросла до двадцати человек, и мы двинулись к ферме. Едва показалась дорога, как робот сообщил о приближении двух машин – открытого «уазика» впереди и «Урала», двигавшегося следом.
Дорога виляла, огибая сильно выветрившиеся скалы, и грузовик взревывал, одолевая повороты. Юркий «УАЗ» вырвался далеко вперед, уже и ветровым стеклом блеснул.
Я оглянулся. Чуть дальше дорога проходила краем деляны, а там было достаточно срубленных древолистов.
– Хватаем вот тот ствол и перекрываем дорогу! – приказал я. – Живо, живо!
Вшестером мы перетащили дерево и бросили его поперек колеи. На бегу раздав ЦУ, я остановился, переводя дыхание, и вразвалочку пошагал навстречу «уазику».
Разорвав майку цвета хаки, я соорудил из нее нечто вроде банданы, и теперь по виду ничем особенным не отличался от бандоса. Тем более что солнце садилось, тени удлинялись… Не сразу поймут, что не свой.
«Уазик» показался из-за поворота, замызганный, но не запущенный. И не «Патриот» какой, а обычный 469-й. Видать, из той серии, что в Ульяновске выпустили лет семь назад – с пружинной передней подвеской и дисковыми тормозами, с гидроусилителем руля, только без металлической крыши и даже без тента.
В машине сидели двое – тип в бронежилете на голое тело и в кепке, похожей на те, в которых ходят зэки на зоне, рулил, а рядом с ним развалился недобрый молодец в бандане и с «калашом», прикладом упертым в сиденье.
Держа правую руку на кобуре, я поднял левую, требуя остановиться. Автоматчик сразу напрягся, а водила ударил по тормозам и высунулся из-за ветрового стекла.
– Че еще? – нетерпеливо выкрикнул он.
– Там дерево упало на дорогу, – ответил я громко, – щас пацаны уберут…
Когда я показывал в ту сторону, где засели «пацаны», то повернулся к «УАЗу» левым боком, а оборотившись, уже держал в руке «Гюрзу». Оружейники – молодцы, догадались сделать предохранители изначально автоматическими. «Гюрзу» не надо «снимать», затрачивая лишние доли секунды, – если патрон в стволе, огонь можно открывать сразу, как только рука сожмет пистолет.
Время будто замедлилось, а звуки стихли, не достигая ушей. Развернувшись, я выстрелил. Пуля из мощного патрона пробила насквозь кевларовый бронежилет на водителе, и того отбросило на борт. Мертвого.
Пассажир уже вставал, перехватывая «Калашников», но этим молодчиком должен был заняться Терминатор. Ага, занялся…
Из «зеленки» сверкнуло, и короткий импульс сверхсолнечного огня пронизал голову автоматчика. Ни крови, ни мозгов, только черный запекшийся канал в черепе. Чистая работа.
– Кузьмич! Димон! Быстро ко мне!
«Урал» взревывал уже совсем близко. Мои быстренько оттащили трупы в лес, сняв с убитых оружие.
– Кузьмич! Я за руль, ты падай рядом!
– Понял! О, тут гранаты!
– Где?
– Вот!
– Одна, две… Четыре штуки! Федор! Держи! Разберетесь с «Уралом»!
– Есть!
Я выжал газ и тронулся в тот самый момент, когда показался передок «Урала». Когда грузовик выкатился весь, я порадовался, что передал своим гранаты, – машина не несла на себе обычного кунга с башенкой, бандосы пошли по более простому пути – нарастили борта, приварив по периметру стальные листы и прорезав в них неровные амбразурки.
Кабину тоже испоганили, заключив ее и двигатель в уродливую коробчатую будку с узкими бойницами. Шушпанцер.
– Термос! Как с энергией?
– Хватит на ноль восемь импульса.
– Сидящих в кабине сможешь нейтрализовать?
– Базара нет.
