Межостровная трасса, в простонородии паутинка, проходила над крышами Синефополиса, сквозь вечный туман. Юра никогда не включал здесь фильтр, ему нравилось ощущение полета через вату, которая скрывала от глаза как город, так и главный источник Юриных переживаний. И всё равно, изредка, где-то сбоку, вспыхивала молния, и внутри тумана проявлялся монументальный силуэт гигантского кольца, висящего над городом. В Синефополисе про Нимб знали все, правда, каждый что-то своё и спрятаться от него было невозможно.
Встреча с Лу заставила Юру вспомнить, что за границами его прекрасного мирка, в котором он до недавнего времени умудрялся быть несчастлив, существуют гигантские проблемы. И энергетический кризис – главная из них. Электричество плавно стало новым воздухом. Ископаемые энергоносители почти полностью иссякли. Да, эпоха прорыва оставила нам термоядерный синтез, но, как это часто бывает, теоретический вечный источник энергии имеет свои подводные камни. Обслуживать полноценные термоядерные реакторы очень трудно, требуется много квалифицированных инженеров, чье число на Земле стремительно уменьшалось. Пацифике эта технология вообще была недоступна, и они отчаянно пытались наскрести мегаватты из ветра и солнца, что получалось с большим трудом. На промышленном Марсе вообще развернулась катастрофа. Реакторов там нет и в помине, их даже теоретически некому строить, а потребление энергии колоссально. В первую очередь страдали антирадиационные щиты. То есть для Марса это буквально был вопрос жизни и смерти. Пока синефополисцы жалуются, что выбор одежды слишком скромный, там люди в тридцать лет умирают от рака. Нимб мог радикально поменять правила игры. Батарея размером с коробочку для завтраков, способная питать целую страну месяцами. Это больше не фантазии. Ячейки Ямамото спроектированы, осталось только запустить ускоритель и энергетический кризис прекратит своё существование. Сколько людей еще умрет, пока Юра пытается починить гребаную магнитную ловушку? Прав Борис Иванович, надо напиться.
– Многовато на себя берешь, брат. – Ответил Марк, выслушав душеизлияния пьяного друга, – Мы хотя бы пытаемся что-то поменять. Ты в плане энергии, я в плане логистики. А сколько народу даже не чешется? Оттого, что ты себя загоняешь, ничего хорошего не случится.
И, конечно, он был прав. Жалко это не работало.
– Я вот знаю, как тебя починить, монами, – подсел к ним Антуан, – у меня тестовое открытие на следующей неделе, и я помню твою просьбу.
– Правда? – оживился Юра, – Сколько будет стоить? А то мне еще два месяца за мейсмобиль расплачиваться.
– Да ты с ума сошел. Бесплатно! Никогда про бета-тестирование не слышал?
– Слышал, только не знал, что оно есть у ресторанов.
– Еще как есть! Ты же знаешь, сколько у меня всякой автоматики.
– Эй, это не честно – нахмурился Марк, – я тоже хочу на халяву пожрать в твоем ресторане.
Юра ненадолго отошел от друзей и включил агмент. Все три месяца он постоянно пытался общаться с Лу. Получалось не очень. Предложения о встрече вообще встречали категорический отказ. В душе он смирился, что ей это просто неинтересно, но алкоголь победил, и сообщение улетело в сеть. Когда Юра вернулся, Антуан и Марк уже на скорость хлестали какую-то мутную жидкость, видимо, с посещением ресторана как-то разрешилось.
Удивительно, но про врача Борис Иванович не соврал. Улыбчивый старичок молча, даже с некоторым умилением, осмотрел Юру, поставил на стол какие-то таблетки, также молча поклонился и ушел. Похоже, это был штатный сотрудник Нимба и занимался подобным он регулярно. Но Юру это быстро перестало волновать, потому что на агменте высветилось сообщение: “Ладно…уговорил. Когда?”
***
Юра нервничал, как шестнадцатилетка перед первым свиданием. Все три дня, вплоть до этой секунды, он не мог избавиться от ощущения, что девушка просто его разыграла. Но сейчас, когда она наконец села в машину, не мог отвести взгляд.
– Хватит пялиться, поехали уже.
– Я впервые вижу тебя в вечернем платье, прояви милосердие. Дай хоть отдышаться.
– Сильно на свой счет не принимай. – Луиза сохраняла свой фирменный холод, – Просто соседки сказали, что без вечернего наряда к этому Антуану могут не пустить.
– Да славятся твои соседки во веки веков.
На лице Лу мелькнула то ли улыбка, то ли отвращение, Юра не успел разобрать.
– Можешь считать это свиданием, если тебе нужно для коллекции, но согласилась я из-за еды.
Тем временем автопилот проложил курс и тронулся с места.
– Так сильно любишь острое, что даже меня терпеть готова?
– Мама, пока была жива, на праздники всегда готовила что-то мексиканское. Всё остальное время мы питались водорослями. Воспоминания из детства.
Юра уставился на дорогу опустевшим взглядом. Да почему каждый раз всё упирается во что-то грустное или ужасное? Хоть вообще рот не открывай.
– Можно я просто буду весь вечер восхищаться твоей красотой? Мне надоело говорить глупости.
