– Именно так, господин Мортегар. Дабы уберечь вас от искушений, я сей же час заблокирую подвал. И так уж и быть, буду за вами приглядывать. Нехорошо подрывать доверие почтенного Мелаирима. Он за вас так сильно ручался.
Я молчал. Жёлтая морда приблизилась ко мне, и я попытался увидеть его уровень.
Я чуть не поперхнулся. И всё?! Первый ранг и слабо прокачанная сила? У преподавателя?!
– Что такое, господин Мортегар? Я для вас слишком слаб? – наклонил он голову в сторону, сверля меня глазами. – Что ж, я не боевой маг, соглашусь с вами. Я преподаю изящные искусства. Когда начнётся ваше обучение, я с удовольствием обращу на вас особо пристальное внимание. Под моим руководством вы научитесь петь и танцевать, слагать стихотворения, музицировать. Мои уроки строго обязательны, имейте это в виду, и я имею право оставлять на дополнительные занятия. Там-то мы с вами и познакомимся поближе.
– Хозяин, – подала голос Натсэ. – Если он вам угрожает, вам достаточно только сказать.
Герлим метнул на неё взгляд и облизнул губы.
– Повезло же тебе, мелкая блудница, что я плохо разглядел тебя. Из моей памяти смогли вытащить только глаза фиолетового цвета, этого недостаточно для следствия. Но достаточно для меня. Я хорошо запоминаю глаза. В них мно-о-ого-е отражается.
– Господин Герлим, – сказал я. – Мы опаздываем на стадион, испытания скоро начнутся. Вы же не будете нас задерживать?
– Ну разумеется, нет. – Герлим посторонился. – Более того, я буду вас сопровождать. На случай, если вас одолеет соблазн по дороге. Моральный облик учеников – забота учителя.
Мы поднялись по ступенькам, Герлим шаркал следом. Я не оглядывался, даже когда сзади что-то оглушительно грохнуло – видимо, закрылась дверь в подвал. Навсегда или почти навсегда – для меня. Оставался лишь один проход к дому Мелаирима, который, быть может, еще не совсем «зарос» – через холм у речки. Но если эта образина будет ходить за нами следом…
Я отчасти понимал Мелаирима. Действительно, учение моё будет тем ещё испытанием. С одной стороны – Герлим, который, кажется, уже сочиняет планы, как бы меня устранить. С другой – служитель Наллан, который из кожи вон вылезет, чтобы заставить меня воспользоваться при ком-нибудь силой Огня. С последним в тесной спайке будет работать брат Авеллы, Зован, со своими приспешниками. И Талли больше не появится в самый последний момент и не спасёт меня от неминуемого. Стоит ли лезть в это? Может быть, мудрее будет укрыться под крылом Мелаирима и воспитывать в безопасности силу Огня?
Стадион выглядел оживлённым. Раньше-то я здесь мучился один, в компании Натсэ, а теперь добавилась ещё сотня абитуриентов, топчущихся на беговой дорожке, да толпа взволнованных родителей на скамейках. Впрочем, тут были не только родители. Старшекурсники тоже решили прогуляться и поглазеть, как будут пыхтеть и выкладываться их «преемники». И всё равно примерно три четверти мест пустовали.
Должно быть, на стадионе иногда проходят и более масштабные зрелища. Ну, мало ли, может, тут в квиддич какой-нибудь играют или что-либо подобное. Например, перешвыриваются огромными каменными шарами. Должен же быть у магов Земли какой-нибудь фирменный вид спорта?
– Удачи в испытаниях, господин Мортегар, – проскрипел над ухом Герлим и удалился к трибуне, где сидели преподаватели.
Мы с Натсэ пошли к ученикам. Я снял плащ, Натсэ молча его забрала. Авелла и Ямос, увидев нас издалека, замахали руками, подзывая к себе, я махнул в ответ.
– Морт, – сказала Натсэ, – если ты решишь сдаться, я тебя пойму. Речь не о гордости. В академии действительно слишком опасно.
Это была самая длинная фраза, которую она сказала мне за последние сутки. И пожалуй, самая тёплая. Но, услышав её, я наконец-то сам себе смог дать категоричный ответ.
– Если я что и понял за всё время, что нахожусь в этом мире, так это то, что нельзя прожить жизнь, спрятавшись в крохотной норе. От этого что-то внутри умирает.
– А когда выходишь, может умереть что-то снаружи, – усмехнулась Натсэ. Она положительно оживала.
– Знаешь, – улыбнулся я и, щурясь, посмотрел на солнце, – я слишком молод, чтобы всерьёз бояться смерти, даже если она окружает со всех сторон.
Когда я посмотрел в лицо Натсэ, она улыбнулась и кивнула.
С нами работали рыцари. Они не называли своих имён и не произносили речей, общались исключительно командами: вы – туда, вы – сюда, встать так и тому подобное. Зато всё проходило быстро и организованно.
Кандидатов разделили на пять групп и каждую группу погнали на отдельное испытание.
– Три попытки на всё, кроме бега по кругу, – сообщил рыцарь, доставшийся нашей группе, в которую вошли и Ямос с Авеллой. – Пишем лучший результат. Перерыв – пять минут, потом на следующее упражнение.
