Напомню, что апостол Павел, человек очень образованный и наделенный даром слова, будучи вознесен на небо и увидев рай, не смог потом его описать. «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке (только не знаю – в теле или вне тела: Бог знает), что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор. 12:2–4). «Неизреченные слова». То, что будет в вечном блаженстве, нечто иное, нам незнакомое, непонятное, и такое описание вечности меня всегда устраивало. Вот если бы мне предлагали вечность, которую я могу понять и осмыслить, не знаю, как бы я смог в такую вечность поверить. Пусть простят меня мусульмане, но я не верю в мусульманский рай, потому что этот рай описан человеческими словами – там обещают то, чего можно даже здесь достичь. Царство Божие – это сверхъестественное, поэтому мы не можем его понять. И в Библии не описан рай – никто точно не знает, каков он. Апостол Павел говорит: «Бог предусмотрел о нас нечто лучшее» (Евр. 11:40). И меня это устраивает: вечность, которую невозможно описать. Нет олимпов с богами, нет мусульманского рая, где много еды и вокруг тебя красивые женщины, нет никакой реинкарнации, то есть возвращения в другом теле в нашу земную жизнь. Когда всё это изучаешь, осмысляешь, анализируешь, приходит вера. Но если люди, прочитав это, укрепятся моей верой и решат, что это их вера, они ошибутся. Вера должна быть личной, то есть результатом личных поисков, личных размышлений, личного осмысления. Должно быть личное богопознание. Об этом замечательно сказал апостол Павел: «Я разумею то, что у вас говорят: „я Павлов“; „я Аполлосов“; „я Кифин“; „а я Христов“. Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились?» (1 Кор. 1, 12–13).
Каждый должен сам познакомиться с распятым и воскресшим Христом. Познакомиться, подружиться, а потом и полюбить Его.
В Средние века и даже в XIX веке многие люди были неграмотны, и они могли что-то узнать о вере только от священника. Но сегодня все грамотные. Если ты умеешь читать, пользуешься интернетом, где можно прочитать и Писание, и толкования Святых Отцов, то есть тебе даже не обязательно тратить деньги на книги, но ты этого не делаешь, спроси себя, почему. Почему, имея доступ к Божественному откровению, ты этим не интересуешься?
Хорошо, если человек может честно признаться себе: «Да, мне Бог неинтересен, неинтересна религиозная жизнь, неинтересно читать Писание, поститься, молиться, неинтересно разговаривать про вечную жизнь. Но я признаю, что это плохо, и хотел бы, чтобы мне это всё стало интересно». Если человек может себе в этом признаться, он молодец.
