И тут же отскочила назад, обнажая нож. Осмотрелась — никого и ничего. Резко развернулась. Здесь тоже никого не заметила. Встряхнув головой, снова повернулась к странному камню. Теперь совершенно точно молнии били чаще. Ради интереса и идя на поводу моего любопытства, сделала пять шагов вперед, остановившись в десяти метрах. И вот тут разряды сверкали один за другим, били с пулеметной очередью, причем, в одну и ту же точку. Не просто в камень, а в одно и то же место. Это уже не могло быть никаким совпадением и другими вероятностными событиями. Еще один осторожный шаг. И словно в ответ на это мое движение невероятной толщины молния ударила в камень, задержавшись на нем не менее чем на три секунды. Я моргнула и… увидела, как тот раскололся на две части, которые медленно падали в разные стороны. Сверкнула молния где-то у меня за спиной, а я увидела черный проход на месте булыжника.
Тучи исчезли, словно по волшебству, и теперь только свет звезд освещал место входа. Я минуты три размышляла, идти или нет, пока не испытала чувство, словно там кто-то нуждался в моей помощи. Я решила пойти, поэтому направилась за амулетом света. В последние дни я частенько пользовалась им, вот и вешал Агыр его рядом с входом в свой шатер. Уже взяв его в руку, решила разбудить орка, чтобы пойти вдвоем.
Храп в палатке, казалось, стал намного громче. Никакая гроза с молниями и градом не в состоянии его разбудить. Мне кажется, что начнись еще и землетрясение, он все равно будет спать и храпеть.
— Агы-ыр, — стала я тормошить его, — встава-ай!
А в ответ рулады. Еще две минуты я хотела его поднять, но, поняв тщетность своих попыток, отправилась сама. Активировав на входе световой амулет, увидела ступени, спускающиеся куда-то вниз. Обнажив нож, активировала защитный амулет. В нем я не была уверена, так как после атак эльфа кристалл-накопитель в нем разрядился. Собственно поэтому тот и смог меня подстрелить. Старик сказал, что для работы его надо просто подзарядить, вливая в него магическую энергию. Я вот в течение всего нашего путешествия и «капала» в него. Со слов Агыра, маги могут легко перекачивать в него свою энергию, заряжая достаточно быстро. В моем случае он тоже начал действовать, так как мы проверили, но надо рассчитывать на отражение только одной атаки.
Страх у меня присутствовал, но огромное любопытство и непонятный зов о помощи перевесили его, заставив отбросить все сомнения. К тому же интуиция, спасавшая меня пару раз, тоже молчала. Из всего этого я сделала вывод, что опасность там, если и присутствует, то небольшая. И перешагнула порог.
Сквозь забытье он почувствовал приближение силы. Родной силы. За все время нахождения здесь, это случилось впервые. Сколько же лет прошло с момента его заключения. Он сосредоточился на этом. Более пятисот тысяч. Но это действие далось ему с огромным трудом, и не будь тоненького ручейка родной силы, вливающейся в него откуда-то из-за пределов его тюрьмы, он снова бы впал в забытье. Печати, наложенные предателями, не давали ему возможности заглянуть за ее пределы, и только тонкая нить связывала его с внешним миром.
Печати намертво блокировали его возможности по восстановлению, но полностью перекрыть этот поток не могли. По мере накопления в нем силы, он сумел поставить щиты от их воздействия, и пусть пользоваться энергией мира он по-прежнему не мог, зато восстановление значительно ускорилось. Наконец-то, своим взором он смог преодолеть сковывающие его печати, и… снова столкнулся с ними, но уже на стенах. И только в одном месте, там, где был вход в этот зал, он сумел преодолеть преграду. Вверх-вверх-вверх. И снова помещение с печатями. Да они настоящие параноики. Ничего, боятся — значит, еще поборемся. Да и развоплотить они не сумели. Прошло еще немного времени и он прорвался и сквозь этот заслон, оказавшимся последней преградой.
И как только часть его очутилась снаружи, он вспомнил источник этой родной ему силы. Нож, выкованный лично им на заре времен, когда Гроздь была только создана, и подаренный своей родной сестре. Какими судьбами он очутился в руках девушки, да еще в этом мире он, естественно, знать не мог, но сестра всегда была слишком импульсивной для бога. Собственно по этой причине она и ушла в истинный техномир, и по этой же причине могла подарить артефакт кому-то из смертных. И ведь не обвинишь ее в этом. Останься она здесь, то заточили бы их вместе, не отдай кому-то нож, то он никогда бы не смог освободиться. А так у него появился реальный шанс выйти из заключения и рассчитаться с предавшими его. Вот только обладательница артефакта обязательно должна спуститься в темницу.
