Тут он увидел, что я стою с котелком в руках, забрал его и принялся разогревать еду. А я задумалась над его словами. А ведь, и в самом деле, ранее за ним такого не замечалось, всегда спал очень чутко, просыпаясь даже от шороха. Лично проверяла. Действительно что-то не так. Пока он хозяйничал, я решила осмотреть внимательно камень. Просто по той причине, что больше ничто не пришло в голову.
Камень, как камень, вон даже следы от молний остались. Все-таки они били не в одну точку, но максимальное расстояние между отметинами было не больше пятнадцати сантиметров. Пожав плечами, вернулась к костру.
Еще два дня мы передвигались по этой почти заброшенной дороге и выехали к южному тракту. Свое название он получил от того, что соединял столицу с югом, а направление его было практически строго с юга на север.
— Сейчас проедем немного на юг, — вдруг заговорил Агыр, — затем снова повернем на неприметную дорогу. По пути будет большой и хороший постоялый двор, где можно заночевать.
— Наконец-то! — вырвалось у меня. — Так надоело мыться в речушках и озерах.
На мои слова орк лишь чуть улыбнулся. И мы повернули направо. Я же все больше задумывалась о себе и своем первом, если можно так сказать, интимном опыте. Вот только эти воспоминания заставили меня насторожиться. Ранее я вспоминала это как нечто проходящее мимо, но сейчас почувствовала возбуждение, что пришлось снова задействовать специальную технику. Здесь меня поджидал новый сюрприз — управляться с этим своим желанием стало труднее. Прошла по цепочке событий, остановившись на молнии. Да это после нее во мне что-то изменилось. «Да, уж — прийти в другой мир, чтобы там стать сексуальной маньячкой», — мысленно простонала я и поморщилась. — «Надо с этим что-то делать». Я, конечно, слышала и читала, что на Земле были люди, выжившие после попадания молнии, и у них открывались экстрасенсорные способности, но не такие же. Я снова поморщилась.
Орк прекрасно видел мое состояние, но спрашивать ни о чем не стал, за что я ему была очень благодарна.
— Вот и постоялый двор, — вывел меня из размышлений его голос.
Я посмотрела и сильно удивилась, едва смогла удержать челюсть от падения. Этот постоялый двор больше всего напоминал деревню, огороженную частоколом. Причем, метра полтора стена была каменная, и лишь затем стояли толстые бревна. А главное размеры — каждая сторона составляла не менее двухсот метров в длину. По углам находились небольшие башенки, и еще одна — надвратная. Высоких зданий я не увидела, зато черепичные крыши нескольких строений выделялись своим ярким красно-коричневым цветом.
На въезде во двор стояла охрана — двое мужчин, в которых угадывались воины. Это вот умение различать людей по их специальностям сильно проявилось у меня в этом мире. Призрак дал мне основные отличительные моменты, но в своем родном мире я, понятное дело, не могла их применить. Здесь тоже поначалу не всегда удавалось, что помнится по первому город гномов. Зато во втором, на корабле и, особенно, уже в Хелвинге я достаточно хорошо определяла, по крайней мере, воинов. Правда, учитель утверждал, что агентов спецслужб специально учат двигаться, не выдавая своих истинных боевых качеств, поэтому их я не смогу определить. Умение же это приходит только с опытом, и основано по большей части на ощущениях, интуиции, подсознании, которое замечает малейшие нюансы, на которые сознание не обратит никакого внимания. Вот эти двое мужчин явно не принадлежали к спецслужбам. А может быть, здесь вообще не утруждают себя скрывать свои истинные возможности. Это как раз для меня очень хорошо, так как я помнила слова учителя: «Неизвестный противник — опасный противник». Понятно, что в этом мире меча и магии, где холодное оружие на виду, скрыть владение им сложно. Не думаю, что неумеха будет ходить с мечом — еще пораниться.
Мы въехали во двор, где к нам тут же ринулся мальчишка лет десяти, наверное, желая взять наших скакунов, но резко остановился.
— Вы не моги бы сказать своим лошадям слушаться меня, чтобы я мог за ними поухаживать? — спросил он после того, как мы спешились.
— Молодец! — Агыр поднял вверх зажатый в руке кулак. — Разбираешься.
— Да кто же не узнает матийца! — воскликнул пацаненок, польщенный похвалой.
Все дело в том, что поднятая вверх рука со сжатым кулаком у орков означает высшую степень похвалы. Просто сжатый кулак с согнутой в локте рукой — простая. А все, что находится между ними, показывает степень одобрения. И мальчишка, судя по всему, это знал. Агыр мне уже сказал, что породу наших скакунов называют матийцы.
— Орел, Орлана, — обе мои лошадки повернули ко мне головы, — не трогайте мальчишку, он за вами просто поухаживает.
И увидела изумленные глаза мальчика. Ну да, орк мне уже объяснил, как на меня будут смотреть, когда сообразят, что я хозяйка одновременно двух таких лошадок. Я взяла с собой только рюкзак, где лежали самые необходимые вещи. Орк в это время давал указания своему скакуну.
