«Первые тридцать дней" – это не медицинское пособие, а личный дневник человека, который столкнулся с биполярным расстройством. Первые тридцать дней от первых подозрений до постановки диагноза. Здесь нет скучных терминов и сложных объяснений. Это откровенная история переживаний, колебаний настроения и слёз, написанная с лёгким юмором и теплотой.Каждая запись – это шаг на пути к принятию и пониманию. Книга может стать поддержкой для тех, кто проходит через подобные испытания, и поможет близким понять, через что проходят их дорогие сердцу люди.
Предисловие
В этой книге я расскажу о том, как я узнала, что являюсь счастливой обладательницей биполярного аффективного расстройства.
Как я об этом узнала, как приняла и как пыталась осознать происходящее со мной. Здесь будет много моих переживаний о прошлом, настоящем и будущем. Да и в целом, мои мысли и ощущения в этот период. Буду описывать изменения моего состояния и настроения.
Надеюсь, это поможет тем, кто тоже столкнулся в этим диагнозом. А так же их близкие смогут примерно понять, что происходит с дорогим сердцу человеком. Я пишу “примерно”, потому что каждая история уникальна, а все мы с вами неповторимые сладкие пирожочки. Здесь не будет сложных терминов и глубинных разборов всех симптомов. Это своего рода мой личный дневник – мои первые тридцать дней жизни принятия диагноза.
Книга писалась по ходу развития событий, а не как воспоминания об этом периоде. Здесь будут именно те эмоции, которые я испытывала в моменте. Я буду забрасывать ведение своего дневника и возвращаться вновь. Поэтому, прошу пристегнуть ремни и подготовиться к погружению в мысли и переживания человека, который только что узнал о своем диагнозе.
Давайте немного расскажу, что же это за зверь – биполярное аффективное расстройство.
Биполярное расстройство – это психическое заболевание, которое характеризуется сильными изменениями настроения у человека. У людей с биполярным расстройством могут чередоваться периоды очень высокого настроения, которые называются манией или гипоманией, с периодами глубокой депрессии.
Метафорически можно представить, что настроение человека подобно американским горкам. В период мании чувствуешь себя на вершине мира – много энергии, идеи летят одна за другой, иногда чувствуешь себя почти непобедимым. Но после этого может наступить период депрессии, когда стремительно летишь вниз, прямиком в ад. Все кажется безысходным, нет интереса к жизни и сил на простые бытовые вещи. Даже принять душ является задачей со звездочкой.
Эти перепады настроения могут повлиять на способность поддерживать отношения с окружающими и работу. Испытываешь большие трудности в контроле своих эмоций. В такие периоды как никогда нужна помощь специалистов, чтобы научиться управлять этими изменениями и жить полноценной жизнью.
Я очень долго не понимала, что со мной происходит. Мне было так плохо, что умереть казалось не такой уж бредовой идеей. Я думала, что мое состояние связано с нелюбимой работой, накопившимися долгами и невозможностью воплотить свою мечту. Постоянные мысли разрывали меня на кусочки. Я могла фокусироваться на одной задаче максимум пять минут. Дальше я переключалась на другую, потом еще на одну, и так по кругу. За пятнадцать минут я могла сделать небольшой кусок задачи по работе, почитать новости, поиграть в игру, повторить несколько слов на иностранном языке и помечтать о переезде.
Я жила только одной мыслью – уехать. Мне казалось, что это что-то изменит. В какой-то момент я думала уволиться, купить билет в один конец и будь что будет. Только этот побег ничего бы не решил, а создал бы новые проблемы и неизвестно, чем бы это закончилось. Сейчас я думаю, что больше хотела убежать не от работы и обстановки, в которой я находилась. Я хотела убежать от себя. Вернуться туда, где мне было хорошо, безопасно и спокойно.
На тот момент я уже 10 месяцев была в терапии и умела отслеживать свои мысли и состояние. В одно воскресенье, во время очередной истерики, у меня возникла мысль:
“Я хочу умереть. Тогда родители смогут продать мою квартиру и закрыть мои долги. И даже немного останется денег – это звучало как “великолепная идея”, и я не видела в ней никаких изъянов.
Часть меня боролась за жизнь, а вторая почти сдалась. Не было сил ни на что. Я просто плакала в тишине в своей маленькой комнате и думала, как совершить задуманное.
Именно тогда я поняла, что пора себя спасать, и написала своему психологу.
Спустя неделю я собиралась на консультацию. Я не могла остановить свои слезы. Я плакала в автобусе, плакала пока ждала своего психолога. Я терпеть не могу показывать свои слезы. В детстве меня часто ругали, когда я плакала, поэтому я приобрела “отличную” способность подавлять свое желание разрыдаться при другом человеке.
Но даже попытка умыться холодной водой и проглотить слезы не помогала. Я разрыдалась в кабинете психолога. Это был первый раз за всю терапию, когда моему психологу пришлось ждать, пока я проплачусь и смогу говорить. За то время, что я была в терапии, у меня наладился близкий контакт с моим психологом. Сейчас я понимаю, что смогла расплакаться, потому что знала – я в безопасности, и никто не осудит мои слезы.
Только через минут сорок от начала консультации я смогла более-менее успокоиться. Я подробно рассказала о своих мыслях, переживаниях и бредовых идеях. Меня отправили на консультацию к психотерапевту, где мне, возможно, помогли бы справиться с моим состоянием с помощью медикаментозной терапии.
