— Да! — заявила Вайолет. — Я не думаю, я знаю. Потому что здесь я уже искала. Их здесь нет.
— Все будет точно так же, как здесь, куда бы ты ни поехала, если ты сначала не изменишься сама.
Вайолет сползла с матраса и, обойдя Сидни, подхватила Чарли на руки.
— Я уволена? — спросила она, устраивая его на бедре. Малыш забеспокоился. — Мне нужна эта работа. Я почти скопила денег, чтобы купить у Роя его старую «тойоту».
Сидни поднялась.
— Нет, ты не уволена.
— Почему вы так со мной возитесь? — спросила Вайолет, принимаясь качать уже успевшего расплакаться Чарли.
Сидни с трудом подавила желание забрать у нее малыша.
— Потому что когда-то давно я была на твоем месте.
Вайолет фыркнула:
— Вы понятия не имеете, каково это — быть на моем месте.
— Ты выйдешь завтра на работу?
— Да, я буду.
Бросив на них последний взгляд на прощание, Сидни вышла из комнатки. Пожилая пара в гостиной с подозрением проводила ее глазами, когда она прошла между ними и телевизором к двери.
Вернувшись в свой «мини-купер», Сидни долго сидела в прохладных сумерках, чувствуя бессильную досаду. Как ни старайся, нельзя подхватить человека, который даже не подозревает, что падает.
Когда Сидни подъехала к дому Уэверли, уже совсем стемнело. Она терпеть не могла эту раннюю темноту. Кутаясь в плащ на пронизывающем ветру, она взбежала по ступенькам на крыльцо. Скоро уже придется доставать теплую одежду. Интересно, у Вайолет есть зимнее пальто? А у Чарли зимние вещи?
Прекрати, приказала она себе. Ты далеко не всесильна.
Но дело было именно в этом. Она так старалась, потому что ощущала свое полное бессилие. Для Вайолет родить ребенка было плевым делом, а для нее, Сидни, нет. Где справедливость? Пятнадцать лет назад она забеременела легко и непринужденно, настолько бессознательно, что это было как пробуждение. Нечто такое, что ее тело сделало само собой, заявив: время пришло. Теперь же это требовало таких усилий, такого напряжения.
А ведь Клер предупреждала Сидни. Относительно ее привязанности к Чарли. Сидни рассказывала сестре абсолютно все. Наверное, слишком много, но Клер всегда была рядом, всегда выслушивала, всегда говорила правильные вещи, хотелось Сидни ей верить или нет. Иногда Сидни казалось, что в их отношениях с Клер она только берет. Если Клер звонила ей, то исключительно ради того, чтобы спросить, как у Сидни дела. Сама же Клер помощи никогда не просила и никогда, казалось, не сталкивалась с проблемами, для которых у нее не было бы готового решения. Сидни очень любила сестру, но иногда это становилось просто невыносимо! Неплохо было бы, если бы — исключительно ради разнообразия — у Клер тоже время от времени возникали проблемы. Не обязательно серьезные. Хотя бы какая-нибудь мелочь, которая дала бы Сидни повод триумфально заявиться к сестре с бутылкой вина и провозгласить: «Без паники, я знаю, что делать!»
С этими мыслями Сидни взялась за ручку двери и потянула ее. Дверь не поддалась. Сидни вытащила ключ от дома и попыталась открыть дверь ключом. Безрезультатно. Она нажала на кнопку звонка, но он отказался издать хотя бы звук. Озадаченная, она заглянула с крыльца в окно гостиной и увидела, что Бэй с Марией сидят перед телевизором. Внезапно шторы сами собой съехались у нее перед носом, и она осталась стоять на крыльце в полной темноте.
Ах вот оно что. Теперь Сидни все поняла.
Она вернулась обратно к двери и, оглянувшись через плечо, дабы убедиться, что никто ее не слышит, прошептала:
— Мне наплевать, по вкусу тебе, что я посадила ее под домашний арест, или нет. Если ты сейчас же не откроешься, я вернусь сюда с краской и кисточкой и выкрашу тебя в мерзкий зеленый цвет!
Чувствовала она себя при этом полной дурой, как и всегда, когда ей приходилось иметь дело с подобными штучками из арсенала дома Уэверли.
Зато дверь открылась.
Дом всегда был немного тщеславен.
Едва она успела войти, как со второго этажа донесся голос Тайлера:
— Я забыл, что́ ты просила меня сделать наверху?
— Законопатить щели вокруг воздуховодов на чердаке! — отозвалась с кухни Клер.
— Ах да, точно, — сказал Тайлер.
Сидни заглянула в гостиную.
— Ты готова ехать? — спросила она дочь.
Бэй кивнула и поднялась с дивана.
— Я буду через минуту, — сказала Сидни, направляясь в кухню.
Клер вытаскивала из коробки жареную курицу, судя по всему купленную Тайлером по дороге с работы. Услышав шаги Сидни, она оторвалась от курицы, которую выкладывала на тарелку, и вскинула глаза.
— «KFC»? Ниже падать уже просто некуда, — пошутила Сидни, подходя к сестре. — Прошу тебя, начни уже опять готовить, пожалуйста.
— Я подумываю об этом.
— В самом деле? — изумилась Сидни.
