Кристина Отран несколько секунд смотрела на свои пальцы, потом ответила:
— У них нет моего опыта. И у вас, я думаю, тоже.
— Сибирь, Африка… Я прочел все это.
— То, что вы читали, устарело! Позже я сделала другие открытия.
— Какие?
Кристина повернулась к окну. Ее идеально правильный профиль был словно вырезан из белого мрамора.
— Расскажите мне о «Человеке с оленьей головой».
— С головой оленя?
— Да.
Губы Кристины шевельнулись. Движение было едва заметно, но де Пальме хватило этого, чтобы понять: возможно, он попал в цель.
— Я прочел то, что вы написали о «Рогатом боге». Думаете ли вы то же самое о «Человеке с оленьей головой»?
— Да.
— Могли бы вы рассказать мне о нем больше?
— Что вы хотите узнать?
Де Пальма молчал в нерешительности, не зная, что ответить и о чем спрашивать дальше. Он не был уверен ни в чем и перебирал в уме вопросы, которые могли бы внушить к нему доверие. Наконец он решил рискнуть:
— Я думаю, что эта статуэтка принадлежала вашему отцу и кто-то украл ее у вас. Так ли это?
Кристина подняла глаза и окинула взглядом лицо де Пальмы.
— Где сейчас этот божок?
— Только вы можете сказать это мне!
— Я этого не знаю.
Де Пальма опустил руку на лежавшую перед ним папку для документов. Взгляд Кристины следовал за ним. Рука замерла на ленте, которой была перевязана папка. Внутри лежали несколько фотографий статуэтки, но та же интуиция вдруг подсказала ему: не нужно показывать их Кристине. Он убрал руку с папки. Глаза Кристины не упустили ни одной подробности этого движения. Ее взгляд вернулся к лицу де Пальмы и остановился на его губах.
— Вы знаете некоего Реми Фортена?
— Знаю, что он умер.
— Значит, вы читаете те же газеты и журналы, что ваш брат?
— Думаю, что да.
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Вы пришли сюда, чтобы говорить о Реми Фортене или о моем брате?
— О них обоих. Я думаю, что бегство вашего брата связано со входом в пещеру, новыми открытиями и этим «Человеком с оленьей головой». Я ошибаюсь или нет?
— Не знаю.
— Вы не ответили на мои вопросы.
Кристина погрузила свой взгляд в глаза де Пальмы и сквозь них — в его ум. Этот взгляд проник в ту часть сознания, которую майор ограждал как крепость.
— Ответ на первый вопрос вы уже знаете. Да, «Человек с оленьей головой» действительно одна из двух статуэток, которые принадлежали моему отцу.
— Где ваш отец его нашел?
— Это долгая история, и сейчас она не важна. Но статуэтка принадлежала отцу.
— Эта история важна, и я хотел бы услышать ее от вас.
Кристина долго вглядывалась в лицо майора. Де Пальма не отвел глаза, хотя ее напряженный взгляд был ему неприятен.
— Мой отец всего раз в жизни повел себя нечестно, — заговорила она. — Всего один раз. Он работал на раскопках у Палестро. Однажды вечером, после того как рабочий день закончился, он вернулся и завладел этой статуэткой.
— Почему?
— Он думал, что «Человек с оленьей головой» сможет вылечить моего брата.
— Но этого не произошло.
Она спокойно положила руки на стол — обе ладони, полностью раскрытые.
— Как вы можете это говорить?
— Это было просто предположение, — ответил де Пальма.
— Пока «Человек с оленьей головой» был возле брата, пока брат мог прикасаться к нему, обращаться к нему, разговаривать с ним, ничего не случалось. Все ужасное началось только после того, как у нас его украли.
— Кто похитил его у вас?
— Откуда я могу это знать?
Разговаривая с ней, де Пальма, при всей своей опытности, словно наталкивался на невидимую стену. Он не мог найти ни одного слабого места в защите Кристины.
— Я повторяю вопрос: кто похитил его у вас? Я убежден, что вы это знаете.
Кристина больше не смотрела на майора — укрылась за невидимыми стенами.
— Это сделал не доктор Кайоль?
Вопрос не достиг цели: Кристина не слышала его. Она была в каком-то другом, недоступном мире. Ее прямой взгляд как будто пронзал грудь Барона.
— Великий охотник вернулся, — мрачно заявила Кристина.
— О ком вы говорите?
— Для жертвоприношения нужна раздвоенная лиственница, растущая на маленьком холме. В развилку дерева кладут палку, которая символически означает стрелу. Направление стрелы указывает, какому духу предназначена жертва.
Де Пальма наклонился к Кристине и положил руку на ее ладонь. Ее рука была холодной, и женщина не отдернула ее, словно ничего не чувствовала.
— Скажите мне, где сейчас ваш брат? Это последняя возможность спасти его от неминуемой смерти. Умоляю вас!
— Если острие палки направлено к югу и вверх, жертва предназначена одному из абааху верхнего мира, если оно направлено на север и вниз, — это жертва для одного из абааху нижнего мира.
— Кто такой абааху?
— Дух! — ответила Кристина, поднимая взгляд, как будто вынырнула на поверхность из подземного мира.
Де Пальма движением головы подозвал охранницу.
— Я даю вам время подумать. Свяжусь с вами снова через несколько дней. Надеюсь, что у вас будет что мне сказать.
Дверь открылась. Кристина встала, как автомат, и повернулась к де Пальме спиной.
— До свидания, Кристина Отран!
Сестра Тома пошла по коридору и остановилась у первой решетки.
— Постарайтесь узнать, кем был на самом деле Реми Фортен, — сказала она.
