На встрече Коле было так страшно, что ему даже не пришлось притворяться. Сначала он испортил воздух так, что его поставили в угол и, заходясь в хохоте, пробили шпалу. А потом он, на самом деле, почувствовал, что сейчас обделается прямо в штаны. «Можно мне в туалет – взмолился Коля. – Вот! – он положил сумочку на стол и, не дожидаясь разрешения, он побежал, попёрдывая и подрыстывая.
Когда он добежал до туалета, сзади рвануло. Его ударило об стену. Очнувшись, Коля унюхал, что весь его страх оказался в штанах и решил не дожидаться милиции. Выбрался через разбитое окно и скрылся в подворотне.
– Какого хрена он жив!? – орал Саня на Букета. Коля не понял, где они встретились. Какое-то темное помещение без эха. – Он же сейчас всё нарисует, как только его примут! И тебя. И меня.
– Он рано убежал. Должен был там остаться. Его, по ходу, реально припёрло, он и свалил раньше времени.
– Мне похуй, припёрло его или нет – визжал Саня. – Едь в деревню. Он наверочку у бабки шкерится. Дом старый. Не дай бог короткое замыкание и нет свидетеля.
– А с Зюляйкиной что? – хмуро поинтересовался Букет
– Я её в тюрьме спрячу.
– Это как?
– Есть у меня дело на неё. Не давал ход. Хотел подкатить. Вот и подъеду.
Иру взяли ночью. Отвезли на КПЗ. Продержали трое суток, а затем он продлил задержание на два месяца. И назначил себя по этому делу. Но не стал подкатывать к ней грубо, по-ментовскому. Хотелось, чтобы сама предложила. Сама штаны с него стащила. Сама дала.
И тут явился Монолит. Коля наблюдал уже знакомый хаос, деструкцию и разбор всего нормального. Буквально через пару дней Саня понял, что он выбрал не верный путь к любви. Тогда он заявился к ней в камеру и предложил ей руку, сердце и всё своё состояние – наличными. И свободу, конечно.
Ира согласилась и отдалась ему прямо на нарах. Сама сняла с него брюки. Сама всё сделала. Как он и хотел. Наличные они небрежно оставили в камере и ушли. И понял Саня, что он – счастлив. На работу он больше не ходил, а проводил время в неге и расслабленности. Приезжали к нему коллеги. Предлагали скооперироваться и вместе порядок наводить. Отказался. И так всё хорошо. К чему лишние хлопоты.
Коля закрутило, потащило и выбросило в степь – рядом с его сгоревшим телом. Саня плюнул на него и залез в машину. Завел мотор и, поднимая клуб пыли, машина запрыгала по кочкам степи.
Коля долго смотрел на останки своего тела. Он пытался понять, что ощущает, но так и не разобрал. К тому же ему очень хотелось побыстрее подняться к камню, который теребила ЕЁ рука.
Ему вспомнилось, что в космосе главное правильно определить, где верх, а где низ, чтобы не кружилась голова. «Ты, – указал Коля Земле – будешь вверху, а по тебе я буду ходить» – объявил он Монолиту и встал на него. Земля отсюда выглядела нелепо – как большой муляж с приклеенной травой, пылью, камнями и всем остальным.
Монолит же обернулся настоящей горой. Далеко внизу виднелись широкие, уходящие к горизонту долины. Туда Коля и решил отправится. Он пригляделся, высмотрел удобный спуск и, прыжками, понесся по нему. Прыжки выходили длинными, затяжными, как во сне.
Перенаправляя себя с камня на камень, со скалы на скалу, перемахивая широченные ущелья он, как-то незаметно быстро, добрался до подножья Монолита. Отсюда Земля уже выглядела немного круглой, но всё такой же несуразной – словно её насадили на пик и заставили балансировать.
В пару прыжков он добрался до края Монолита. Там, за краем, обнаружилась плоская каменная поверхность. Такая ровная, словно ее отрезали гигантским ножом.
«А на чём ты стоишь? – изумился Коля. Где гигантские черепахи до самого низа?!». Он опустился на колени, лизнул камень языком и ничего не ощутил. Прислушался и ничего не услышал. Потрогал и ничего не почувствовал. Закрыл глаза и ничего не изменилось. Посмотрел на себя и ничего не увидел. «Ах, да…, – припомнил он. – Но как же так? – Я же думаю, значит я есть? Или может я чего-то не догоняю?».
Он оглянулся по сторонам и обнаружил, что и Монолит и Земля, да и вообще всё – пропало. Коля не видел, не слышал и не чувствовал никаких признаков чего бы то ни было. Словно где-то повернули рубильник и реальность отключилась.
Коля подождал. Он читал, что после смерти должен быть свет в конце туннеля и какой-то голос, который подскажет, куда дальше. Однако портал всё не открывался, а происходящее что-то очень сильно напоминало. Коля напряг память. Точно! Как в «Матрице». Сейчас программу загрузят и он окажется в симуляторе!
Ничто дрогнуло. Прогнулось, как изменчивый мир, а затем отпружинило, вдарило по Коле и пулей отправило… куда-то. По сторонам мелькало что-то, но суть ухватить не получалось. Да и лететь спиной вперед не очень удобно. Не видишь куда прибываешь. Однако, оглянувшись он увидел настолько быстро нарастающую конечную точку, что отвернулся, зажмурился, закрыл голову руками и сжался в комок.
