Публий Рутилий Руф с улыбкой отложил письмо. С точки зрения грамматики — не очень, не слишком изящно и совсем не выдержан стиль. Но ведь это Гай Марий. Он был сам похож на свои письма. Эта одержимость консульством вызывала тревогу. С одной стороны, Рутилий Руф мог понять, почему Марий хочет оставаться консулом до поражения германцев. Марий хорошо знал, что больше никому не удастся победить их. С другой стороны, Рутилий Руф был слишком римлянином своего класса, чтобы это одобрить. Даже принимая во внимание германцев.
Неужели Рим, измененный политическими нововведениями Мария, — уже не тот город Ромула? Неужели эти изменения были неизбежны? Хотелось бы Рутилию это знать. Было очень трудно любить человека так, как Рутилий Руф любил Гая Мария, и жить среди разрушаемых им традиций. Метательное копье! Пилум вместо гасты! Ради Юноны! Неужели он не мог оставить все как есть?
Публий Рутилий Руф сразу же ответил на письмо. Потому что он действительно любил Гая Мария.
