В результате на западном конце острова возник открытый бунт. Началось с убийства двух братьев, владевших огромным земледельческим хозяйством вблизи города Галикии. Оттуда бунт распространился дальше. По всей Сицилии рабы сотнями, а потом и тысячами покидали поместья, некоторые из них перед этим убивали своих надсмотрщиков и даже хозяев. Все сходились у могилы Паликов, божественных близнецов Юпитера и нимфы Талии. Она находится, думается, приблизительно в сорока милях на юго-запад от горы Этна. Нерва созвал народное ополчение и взял штурмом старую цитадель, полную рабов-беженцев. После этого он решил, что бунт подавлен, распустил ополчение и отправил всех по домам.
Но бунт еще только начинался. Беспорядки возникли возле Гераклеи Минойской, а когда Нерва пытался снова собрать ополчение, все словно бы оглохли. Наместник был вынужден взять когорту вспомогательных войск, расквартированную в Энне, далеко от Гераклеи Минойской. Но эти солдаты оказались ближе всех. На этот раз Нерва не победил. Вся когорта погибла в сражении с мятежниками, и таким образом восставшие рабы добыли себе оружие.
Пока все это происходило, рабы выбрали себе лидера, италийца, который не успел освободиться до прекращения работы комиссии по освобождению. Его имя Сальвий, он из племени марсов. Его профессия, когда он был свободным, кажется, была укротитель змей. Он завораживал их игрой на флейте. Его обратили в рабство, когда уличили в том, что он играет на флейте для женщин, участвующих в дионисийских празднествах, которые так беспокоили сенат несколько лет назад. Теперь Сальвий называет себя царем, но, будучи италийцем, он представляет себе царя с точки зрения римлянина, а не грека. Он носит тогу, а не диадему, и перед ним шествуют самые настоящие ликторы с фасциями и топорами.
На дальнем конце Сицилии, недалеко от Лилибея, появился еще один раб-царь, на этот раз грек по имени Афенион. Он тоже создал армию. Сальвий и Афенион встретились у могилы Паликов и там посовещались. В результате Сальвий, который теперь называет себя царем Трифоном, стал правителем всех рабов и выбрал для своего штаба неприступное место. Называется оно Триокала и находится на полпути между Агригентумом и Лилибеем.
